Неудержимый. Книга XXVII

Надо же быть таким козлом, чтобы в такой момент устраивать торги за эликсир. Нет, я его, конечно, понимал, она для него никто, и он уже вынес свой вердикт, но всё же…

Откупорив флакончик, он влил эликсир в рот девушке и попросил меня придержать её, потому что понятия не имел, что будет дальше."

"— Эликсир должен дать бойцам невероятную живучесть и прилив энергии в самый разгар битвы, — пояснил он. — Возможно, она не узнает вас и попытается убить. У вас будет всего несколько минут, чтобы попытаться что-то предпринять.

Твою же… И он говорит об этом только сейчас? Я и сам заметил, что эликсир, попав в желудок Николь, начал очень быстро всасываться в кровь. Он, словно жидкий огонь или же словно концентрат, начал распространяться по всему организму. Сама по себе кровь цвета своего не поменяла, но на энергетическом уровне она превратилась в огненные реки, что текли по телу всё быстрее и быстрее. Удивительной красоты зрелище, даже яд, попадая под действие препарата, замедлял своё действие.

— Давай, девочка… — прошептал я.

Я видел, что её руки и ноги начали реагировать. Хороший это был знак или же плохой, я понятия не имел. «Волшебные нити» были наготове, как и ледяное лезвие. Как только она придёт в себя, я должен срезать поражённый участок кожи вместе с мышцами. Да, будет крайне неприятно и больно, но здесь ничего не поделаешь.

Пока я готовился, эликсир постепенно добрался до головы девушки.

— Кажется, у нас есть прогресс… — договорить он не успел.

— А-а-а-а-а! — закричала Николь, и её тело резко выгнулось дугой.

— Держите её! Держите! — вскрикнул врач.

Всё произошло настолько быстро, что я не успел отреагировать. Николь схватила врача за горло и начала сдавливать, пытаясь убить. Пришлось прибегнуть к радикальным мерам. «Волшебная нить» в тот же миг срезала ей кисть, а остальные в мгновение ока притянули тело девушки к кровати, да так сильно, что она не смогла пошевелиться.

— Лечись! — глядя в обезумевшие глаза девушки, рыкнул я. — Слышишь меня? Лечись! От этого зависит твоя жизнь!

— У-у-у! — Николь попыталась вырваться.

Смотреть на агонию девушки было невыносимо. «Лекарство», если его так можно было назвать, подействовало, вот только помочь сейчас я ей всё равно ничем не мог.

— Борись! Слышишь? — прорычал я в отчаянии.