Несносные дочери леди Элизабет

– Никаких возражений. Мы договорились об этом ещё вчера. Говард?

Капитан молча кивнул. Он прекрасно понимал всю ответственность, которая на него возлагалась, хотя тоже был не согласен с моим решением.

Спустя пару минут, я вышла из дома. У ворот поместья стояли четверо. Двое в темно-синих плащах с серебряным гербом Лавении – королевские гонцы, и двое в простых дорожных одеждах – скорее всего, наемники или охрана.

Лейр Хэмонд стоял перед ними, расправив плечи и гордо подняв голову. Его высокая фигура в добротном камзоле выглядела внушительно и непоколебимо, сохраняя спокойствие и достоинство под палящими лучами солнца.

"– Повторяю, – донесся до меня его твердый голос, чеканящий каждое слово, – лейна Элизабет и ее дочери находятся под моей защитой. Она более не леди Андерсон, а лейна Вайлиш, моя законная супруга, и на нее распространяются все права и привилегии, предусмотренные Восточным Договором.

– Лейр Вайлиш, – заговорил один из посланников, чье лицо наполовину скрывал капюшон, – мы признаем ваш статус и авторитет в этих землях.

– Какой именно «собственности»? – Хэмонд скрестил руки на груди.

– Об этом нам не положено говорить, – буркнул второй посланник, поправив капюшон, защищаясь от яркого солнца.

– Никто не смеет обвинять мою жену в воровстве без предъявления конкретных доказательств, – отрезал Хэмонд.

– Леди Элизабет и ее дочери… вывезли из страны секретный документ, в котором указаны пропорции раствора, – не выдержал первый посланник, явно не желая покидать Сольтерру не выполнив приказ.

– Никто никого не будет сопровождать, – голосом, не терпящим возражения, ответил Хэмонд, знаком подзывая к себе четырех высоких и крепких парней. – Можете сообщить вашему регенту, что лейра Вайлиш находится под моей защитой, и любые претензии к ней должны рассматриваться в соответствии с Восточным Договором.

– Регент непременно будет уведомлен, – с явным неудовольствием проговорил второй посланник. – И он отпишет вашему королю о том, что лейр Вайлиш скрывает государственную преступницу.

– Я с нетерпением буду ждать этого послания, – невозмутимо ответил Хэмонд. – А теперь, господа, полагаю, аудиенция окончена. Путь до границы неблизкий, а день обещает быть жарким.