Ошибка леди Эвелин

Огонь в камине вспыхнул ярче, горячие искры брызнули на пол, задев мои туфли, жар огня мигом согрел озябшие руки, прошелся по сюртуку Эрика и запылал между нами невидимым костром.

Минуты слились в одно целое, время остановилось.

Мы с мужем молчали, только сердца стучали все громче и сильнее. Так, что трудно было дышать.

– Кто такая Аврил? – не выдержав мощи бьющего внутри набата, спросила у Эрика.

– Кто тебе про нее сказал?

Обнимающие меня руки напряглись.

– Неважно. Ты любил ее?

Вопрос сам слетел с губ. Я не собиралась его задавать, но кто-то внутри меня – отчаявшийся и настырный, подталкивал выяснить все и расставить точки над i.

– Кого? – переспросил Каллеман.

– Аврил.

– Нет, – отрезал маг.

– А меня?

Каллеман ответил не сразу.

– Я не привык доверять чувствам, Эви, – после долгой паузы, негромко произнес он. – Они слишком изменчивы. Но есть вещи, которые важнее любых эмоций.

Эрик снова замолчал, пытаясь подобрать слова.

– Какие же? – не выдержала я."

"– Понимаешь, Эви, ты – моя, – глухо сказал муж. – Моя жена. И я не смогу тебя отпустить. Ни через год, ни через два, ни через десять. Там, в камере, у тебя еще был шанс все изменить, но ты сделала выбор, и другого теперь не будет.

Он прижал меня к себе еще плотнее, словно присваивая или укрывая от всего мира.

– Запомни, Эви, – коснулся моего уха горячий шепот. – Мало что в этой жизни я могу назвать своим, но то, что есть, я никогда и никому не отдаю.

Я слышала, как сильно бьется сердце мага, чувствовала теплое дыхание на своей щеке, ощущала жар крепкого мужского тела, и понимала, что если поверю Каллеману, если сдамся, то уже не смогу прекратить то, что кружит между нами, связывая воедино, спаивая несоединяемое, сплавляя наши тела и судьбы в одно целое. И мне хотелось верить. Хотелось так, как ничего и никогда в жизни. Сердце колотилось все громче, все быстрее, попадая в такт тому, что звучало за моей спиной, и я не желала думать о том, как сложится жизнь и что будет завтра.

Эрик, словно прочитав мои мысли – а может, так и было? – резко развернул меня, и его губы накрыли мои, возвращая тот день в камере департамента и все то волшебное, что было тогда между нами.

– Эви…

Никогда прежде мое имя не произносили так нежно.