Немые вопли

В конце концов я сделал то, чего никогда раньше не делал, потому что мне нужно было узнать, чем занимается эта группа, и я был так зол, что захотел поставить на место этого дилетанта от колдовства. В это время он был болен, но самодовольная улыбка на его лице говорила о том, что он заранее рассчитал свою жизнь. Он сказал, что умрет молодым (тогда, поторапливайся, злорадно подумал я), от долгой, тяжелой болезни.

— Вовсе нет, — сказал я. — Вы проживете восемьдесят три года. И вы умрете внезапно от двустороннего воспаления легких, в течение одного дня.

Ответом на мои слова была победоносная — «Я-все-знаю-лучше» — улыбка.

— Шрам, что у вас на подбородке, — продолжал я, — вы получили, ребенком споткнувшись о комод с медной отделкой — комод в стиле рококо.

Он наморщил лоб. Понимаешь, Эллен, я был зол, а в такие моменты впечатления у меня бывают точными и яркими, я сам не знаю, почему, я и раньше обращал на это внимание.

— А в данный момент вы очень озабочены, — продолжал я. — Незадолго до моего прихода вы нашли в ящике письменного стола счет, который забыли оплатить.

И это вас больше всего печалит в данный момент. У вас большие экономические проблемы, господин Бигбай.

Он онемел. Подался назад, словно я был зачумленный. И это подстрекало меня к продолжению."

"— Тот кот… хотите, чтобы он замурлыкал? Наконец к нему вернулся дар речи и он сказал:

— Этот кот мурлыкает крайне редко. И, разумеется, не по команде!

Я тут же установил контакт с котом — это сделать очень легко, потому что кошки очень податливы — и тот посмотрел на меня, наполовину закрыл глаза и принялся громко, с удовольствием мурлыкать, перебирая когтями скатерть на столе.

Он делал это потому, что я сконцентрировал на нем все свое дружелюбие.

На этот раз господин Бигбай уставился на меня, разинув рот и забыв все свое тупое презрение. Потом, взяв себя в руки, вскочил, побежал в другую комнату и вернулся с целым подносом шашек, используемых при парапсихологических исследованиях. Они были помечены кругами, четырехугольниками, звездами и прочими геометрическими фигурами.

Шашки переворачивали, после чего человек угадывал, какая фигура нарисована на обратной стороне. Подобным образом можно было угадывать, какие предметы человек держит в руке, и это называлось психометрией. Результат господина Бигбая — девять из тридцати — был просто прекрасным и свидетельствовал о его способностях, которые он растрачивал по пустякам.

Я брал шашку за шашкой и скороговоркой отвечал, что там, на обратной стороне.