Некромант и я. Основы магического шпионажа

– Он… жив?

– Да, но без сознания, – голос ее дрогнул. – Целители говорят, что если очнется до завтра – есть шанс не только полностью восстановиться, но и не потерять магию. А вы же знаете… без дара ему не быть артефактором. Для Гаррета это все равно что смерть… – она не договорила, лишь резко вытерла ладонью щеку, по которой покатилась непрошеная слеза.

Вирсент нахмурился.

– Как это произошло?

– Я не знаю. – Она нервно обернулась, будто боялась, что кто-то подслушивает. – Гаррет после нашей свадьбы много работал, хотел накопить на медовый месяц.

Госпожа Фоуз что-то тараторила и тараторила, про свадьбу, которую сыграли полгода назад, про совместные планы, мечты. А я чувствовала, как с этим потоком слов из женского сердца выходит боль. Те переживания, что сейчас, в этот момент, разъедали ее душу, выжигали сознание кислотой. Она говорила, говорила и говорила.

Я слушала вполуха, пытаясь переварить информацию. Значит, Фоуз в лечебнице.

"Хозяйка же квартиры наконец выдохлась и замолчала, сжав кулаки.

– Можем мы… зайти? – осторожно спросила я.

Женщина заколебалась, но потом кивнула и отступила в сторону.

Внутри дом был таким же чистым, как снаружи: выскобленные полы, аккуратная мебель, запах хлеба и сушеных трав. На стене висел портрет молодого мужчины с острым подбородком и умными глазами – Фоуза. Художник польстил магу, но не сильно.

– Он работал над чем-то важным? – спросил Вирсент, осматривая комнату.

– Я не знаю. Он никогда не говорил о делах. Хотя порой ему это было трудно, и муж оговаривался… а потом шутил, что женатым артефакторам нельзя работать над секретными проектами: разболтают все жене и даже не заметят этого.

– Есть вероятность, что карета сбила вашего мужа не случайно? – задал Вирс вопрос в лоб.

– Вы хотите сказать… – женщина потрясенно выдохнула.

Либо она была превосходной актрисой, либо и вправду ничего не знала о делах супруга. Хотя выяснить стоило.

«Напугай ее», – приказала я напарнику мысленно. Благо переговорник, хоть оттого уже изрядно начала болеть голова, я еще не вытащила.