Некромант и я. Основы магического шпионажа

 – А то сейчас многие молодые придут – и только думают, как бы деньги получить за работу, а как ее делать – заботы нет! Так что давай клади ладонь, пропущу…

Я вздохнула и дотронулась рукой до холодной металлической пластины рядом с окошком. Артефакт вспыхнул синим, считывая ауру и сверяя ее с заложенными в матрицу образцами. Если бы я попыталась провести Вирсента, пластина тут же зашипела бы, а из потолка выдвинулись бы ловчие щупальца.

– Ирэн Ирсен, артефактор третьего разряда, отдел точной механики, – пробубнила привратница, записывая данные в журнал.

«Вот ведь, вроде грымза грымза, а за мастерскую душой радеет», – промелькнула мысль, когда я уже оставила за спиной пропускной пункт. Впереди было еще несколько охранных систем, но все магомеханические, без человеческого участия. Их я миновала быстро, наконец оказавшись внутри.

"Сама мастерская напоминала муравейник. Длинные коридоры с высокими потолками. В рабочие дни здесь сновали маги в заляпанных маслом халатах, стажеры с тележками, груженными деталями, и даже чаротехнические слуги – неуклюжие големы, таскавшие тяжелые ящики.

Только чтобы добраться до канцелярии, нужно было миновать расчетный зал. Тот самый, где я обычно работала.

Мой стол стоял в дальнем углу, рядом с окном, из которого открывался вид на внутренний двор. И я не смогла не подойти к нему.

– Вот гремлин!

Ларец снова мигал. Значит, кто-то уже успел прислать в него очередную порцию «срочных» бумаг.

Я машинально потянулась к крышке, но тут же одернула себя. «Сначала кража! Потом все остальные детали шпионажа».

Уже было хотела уходить, но замерла.

У меня с самого того мига, когда Вирсент заявил, что именно с артефакторской шкатулки Ирэн Ирсен была слита информация, волновал один вопрос: как именно тайная канцелярия узнала точную точку отправки? А вопросов без ответов я крайне не любила.

Приблизилась к ларцу и, взяв тот в руки, перешла на магическое зрение. А потом аккуратно начала разбирать плетения, которых было много, входили они друг в друга с точностью шестеренок в часовом механизме. Так что работенка оказалась не из простых.