Не вздумай влюбиться

Но сначала не помешает воскреснуть, выскользнуть из рая, в котором он оказался благодаря рукам и губам Николеты.

Ники лукаво и кокетливо улыбнулась, легла рядом с Яном. А он пытался восстановить дыхание. И руками тут же крепко обнял Ники, притянул к себе неимоверно близко, зарылся носом в девичий висок. Ему хотелось смеяться. Грудную клетку распирало чистое, ни с чем не сравнимое счастье.

А еще Ян чувствовал, как Ники напряжена и возбуждена. Возможно, сама не осознавала, как трется о его бедро своими, как тесно прижимается к нему А потому Самойлов рывком перевернулся, прижал Ники спиной к постели, навис сверху.

– Люблю тебя... Люблю…, – сотни раз повторял Ян, покрывая короткими, жадными поцелуями тонкую, чувствительную кожу на плече, шее, груди.

И ниже, спускаясь туда, где Ники была влажной. Ники откинулась на подушки, понимая, что возражать или противиться ласкам попросту не способна. Да и не хочет. А хочет его, Яна, везде. Каждой клеточкой тела – хочет.

Зарывшись пальцами в волосы на макушке Яна, Ники, не стесняясь, стонала, громко, в голос, пока ее любимый оглаживал и целовал ее тело.

"Ники думала, что выдержит все, вытерпит столько, сколько нужно. Но не смогла. Она хотела его там, внутри себя. Хотела вновь ощутить, понять, убедиться, что не обманулась, что Ян действительно рядом с ней, что все это ей не снится.

А потому, обхватив голову Яна руками, потянула на себя, заставила его взглянуть в глаза.

– Потом... Хочу тебя... сейчас... внутри! – умоляла Ники.

Ян думал, что после того, как так бурно кончил пару минут назад, сможет спокойно доставить удовольствие любимой. Но нет. Стоило взглянуть Ники в глаза, стоило по самую макушку утонуть в той жажде и мольбе, что сквозила в ее взгляде, и все, он пропал.

Шумно выдохнув, Самойлов перевернулся на спину, увлекая Ники за собой.

А Ники шире развела бедра, ведомая крепкими, надежными руками любимого. Возбужденная плоть замерла перед влажным входом. Ники дрожала от нетерпения, готовая опуститься на Яна и вобрать его плоть в себя.

– Люблю тебя, малышка, – прошептал он сипло.

Ники взмахнула ресницами, пытаясь прогнать непрошенные слезы. И вместе с негромким всхлипом из груди вырвался протяжный стон удовольствия. Стон, который тут же утонул в поцелуе.

У Ники уже не осталось сил, чтобы двигаться. Ян крепко удерживал ее, помогал, направлял. А она могла только протяжно стонать и целовать его в ответ.