(не)ваша девочка (СИ)

Выпускает из хватки, выскальзывает, и под яростным толчком Тимура вырывается громкий и хриплый стон. Чувствую внутри его затихающий трепет, что скован тонкой латексной броней.

Захлебываюсь в криках, вязкой слюне и слезах и валюсь на диван, когда резко вытягивает из ануса палец. Вздрагиваю, вытираю лицо об обивку и тяжело выдыхаю.

— С попкой твоей придется серьезно поработать, — мимо проплывает Тимур и небрежно стягивает презерватив с опадающего члена. — Туда явно никто не заглядывал.

Слышу самодовольство в его голосе.

— Некоторые спереди целки, а сзади…

— Господи, — откидываюсь на назад и закрываю глаза, запрокинув голову. — Да что ты никак не успокоишься? Не было у меня других мужиков. Ни спереди, ни сзади.

— Я же не виноват, что женщины любят приврать на эту тему, — кидает Роме банку газировки.

— Завелся, — Рома вскрывает банку и передает ее мне. — Зря ты о любых других заговорила.

— А ты не завелся? — Тимур достает из мини-бара бутылку минералки.

— А можно мне воды, — возвращаю банку газировки Роме и смотрю на бутылку в руках Тимура.

— Можно, Одинцова, — откручивает крышку и вальяжно подходит к дивану.

— А мне даже стало любопытно, — Рома делает глоток газировки и усаживается на мягкий подлокотник дивана, — кто будут эти любые другие?

Выхватываю из рук Тимура бутылку и жадно присасываюсь к холодному стеклянному горлышку.

— Любые другие не будут у нее первыми, — Тимур пренебрежительно цыкает.

Возвращаю ему бутылку, вытираю губы и вздыхаю:

— Вот это достижение.

— Для меня достижение, — Тимур пожимает плечами и шлепает босыми ступнями в спальню, — первых помнят.

— И часто с содроганием, — подбираю под себя ноги.

— В твоем случае ты будешь нас вспоминать со стонами среди ночи, Одинцова, — Тимур смеется и прикладывается к бутылке. — И с мокрыми насквозь трусиками. И чего ты там расселась? У нас вся ночь впереди.

— Пополним багаж твоих сладких воспоминаний о бывших одноклассниках, — Рома встает и потягивается, разминая шею и плечи. — Меня устроит, если мы будем тебе сниться.

— В кошмарах, — усмехаюсь.

— В эротических кошмарах, Анюта.

Глава 38. Двойное удовольствие

— Расслабься, — Тимур выдавливает мне между ягодиц вязкую смазку и мягко массирует анус. — Анечка…

Я лежу в объятиях Ромы, уткнувшись в его грудь лицом.