Не родные

 — Только оставь меня в покое… Я соберу свои вещи и уеду отсюда.

— Тебя никто не выпустит за территорию посёлка. Сбежишь — найду и верну обратно.

— Ненавижу тебя… Видеть не могу!

В моих словах столько отчаянья, что Кирилл отпускает руки и отходит на шаг назад. Под его обувью хрустит битое стекло, которое он даже не думает убирать.

— Остынешь, потом закончим, — произносит он напоследок.

Не оглядываясь, Самсонов выходит сначала из кухни, затем из дома. Надеюсь, что и из моей жизни он тоже в скором времени уйдёт.

Я почти не дышу и не двигаюсь, прислушиваясь к звукам. В доме стоит гнетущая тишина, только сердце, словно сумасшедшее, громко и часто колотится.

Проходит минута, две. Ворота открываются, Кирилл заводит двигатель, и его внедорожник с рёвом срывается с места.

Глава 26

Жду, когда меня наконец отпустит, но проходит час, два, а эмоции не просто не утихают, напротив, становятся сильнее и ярче. И к собственному ужасу, я не могу их контролировать.

Не хочется, но приходится осознать одну простую истину: я не интересна Кириллу настолько, чтобы он вдруг, после одного поцелуя, решил изменить свой жизненный уклад и принципы.

В груди такая едкая горечь, что не перебить ничем. Я завариваю крепкий чай, выпиваю одну чашку, другую. Глотаю слёзы и не понимаю, что делать дальше. Нет ни одного человека в целом мире, кто бы подсказал и помог сделать правильный выбор.

"Когда чай уже не лезет, я поднимаюсь наверх и сажусь за учебники. Моей основной целью в этом городе было получить образование. Кирилл дал эту возможность, а я что?.. Забиваю голову всякой розовой чушью, но только не гистологией и анатомией. Не на шутку увлеклась Самсоновым. Человеком, которому была небезразлична моя дальнейшая судьба после смерти матери.

Кирилл появляется ближе к полуночи. Я слышу шум во дворе, его шаги в доме.

Он по привычке не стучит и тут же заходит.