Не родные

Заглянуть одним глазком, попробовать. Убедиться, что они не для меня. И не для нас в целом.

— Со мной что-то не так? — прерываю молчанку.

Наши взгляды встречаются, и меня будто током прошибает. Сердечко против воли начинает сильнее барабанить в груди.

— Всё так, — отвечает ледяным тоном Кирилл. — Я в душ. Спущусь — поужинаем.

— Окей. Жду.

Голос кажется невозмутимым, но мне стоило огромных усилий, чтобы он не дрогнул. «Всё будет, как и прежде», — обещаю я себе. Обещаю и при этом понимаю, что секунду назад разглядывала его губы.

Тряхнув головой, встаю с дивана и иду накрывать на стол. Пока Самсонов плещется в душе, могу позволить себе дышать свободно, но едва он, вкусно пахнущий освещающим гелем, появляется на кухне, меня будто перемыкает. Нормально смотреть на него не получается, разговаривать тоже. В другой раз я бы подшутила или съязвила, но после вчерашнего будто блок стоит!

Едим мы молча, смотрим каждый в свою тарелку.

Быстро доев, мою тарелку в раковине и возвращаюсь в гостиную. Включаю телевизор, смотрю на сменяющиеся кадры кинофильма. Меньше всего на свете я жду, что Кирилл придёт ко мне через пять минут и как ни в чём не бывало плюхнется на диван совсем близко, так что наши колени нечаянно соприкоснутся.

— Что смотришь? А, «Отряд самоубийц». Сейчас в кино вторая часть идёт. На него хотела сходить со своим мальчиком?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Нет, не на него, — отвечаю, глядя на экран. — Планировали на «Воспоминание».

— Тоже хорош, — кивает Самсонов, сложив руки на груди.

— Можешь конечно.

— Не надо мне врать, ладно? Потому что ты совершенно не умеешь этого делать. В следующий раз, если соберёшься на свидание, говори прямо. А то общага, лабораторные, Машка…

— И ты так просто меня отпустишь?

— Возможно. — Кирилл задумчиво потирает рукой лицо. — Я же не монстр какой-то.

— Тогда говорю тебе правду: Анька, соседка по участку, пригласила меня на свою днюху в ночной клуб на следующей неделе.