Отец подруги

Надеюсь, я не ошиблась с выбором зелени. Вдруг Борис не любит рукколу?

Закусив губу, я откладываю нож в сторону. Лучше у него узнать.

Собираюсь набрать сообщение, но потом решаю перезвонить, чтобы заодно выяснить, во сколько он приедет. Перед его приходом мне нужно как минимум успеть принять душ и надеть новое белье.

Выждав долгих семь гудков, я собираюсь повесить трубку, но потом слышу его строгий собранный голос:

— Что-то срочное?

Все мысли о его нелюбви к рукколе моментально вылетают из головы и все, что я могу промямлить это:

— Эм… Это Сона.

— Пока не могу сказать. Я предварительно наберу тебе, хорошо?"

"Пробормотав «Да, да, конечно», я отключаюсь и потом еще около пяти минут таращусь в окно, убеждая себя, что его отстраненный тон не стоит принимать на свой счет. Борис наверняка был не один, и едва ли он заинтересован посвящать собеседника в подробности своей личной жизни.

Успокоив себя таким образом, я вновь принимаюсь за готовку. На гарнир я решила сделать картофельное пюре по рецепту мамы.

Когда я старательно разминаю его колотушкой, мне на телефон приходит очередноее сообщение от Риты. На нем фото огромной пиццы с надписью: «Смотри, что ты пропускаешь».

«Выглядит аппетитно, — быстро печатаю я. — Заверни и мне кусочек».

В ответ Рита присылает мне озорные смайлики и следом отправляет еще одно фото. Когда я его открываю, пол начинает уходить у меня из-под ног.

На снимке запечатлен Борис, сидящий за столом в компании красивой блондинки. Той самой, с которой я видела их возле клуба. «Говорю же, это крутое место. Даже Ленин папа оценил».

Вот так, при помощи одного сообщения мой мир перевернулся. Если еще пару минут назад я чувствовала себя самой счастливой в ожидании встречи с мужчиной своей мечты, то сейчас… Сейчас все краски этого дня и моей жизни погасли. Утратили значение новый комплект белья, призванный привести Бориса в восхищение, и мясо в духовке, источающее умопомрачительный аромат.

Я вновь опускаю взгляд на экран, молясь, чтобы увиденное оказалось лишь игрой моего воображения, но, увы, фотография никуда не исчезла.