Назови меня женой

Нужно, наверное, спуститься вниз. Но у меня нет сил…

— Тогда я отправлю тебя вместе с детьми к Марку, — замечаю отрывисто. — А после похорон сразу уедем.

Яна беспрерывно ходит по комнате. Изредка поглядывает, чем занимаются дети. Но притихшие малыши сидят за большим обеденным столом и что-то сосредоточенно рисуют.

— Нет, — мотает головой Яна. — Мне лучше остаться и переехать в другой номер.

— Обойдешься, — бросаю раздраженно. — Никуда не отпущу от себя. Слышишь?"

"Подхожу ближе и, украдкой косясь на детей, осторожно провожу ладонью по Янкиным волосам.

Легко касаюсь щеки. Провожу пальцами по ключице и, слегка задев грудь, беру любимую за руку. Крепко сжимаю пальцы.

— Мы вместе, пожалуйста, помни об этом.

44

Яна

Сжавшись в комок, пытаюсь хоть на несколько секунд отрешиться от роя предположений и страхов, кружащегося у меня в голове. Что с нами будет дальше? И зачем Бергеру понадобилось убивать Архипа? А тем более Лауру? Каким боком она к их разборкам? И страшно подумать об убийцах. Они все время находились рядом.

Особенно Марина. Помогала мне с детьми. Нянчилась с Миланой и занималась с мальчиками… Что-то не вяжется у меня в этой истории. Вот только что? Пытаюсь сосредоточиться. Никак!

Выхожу на балкон и отупело гляжу на море, слегка подсвеченное бледной луной. Вздыхаю, пытаясь унять дрожь. Дурацкие разговоры с полицией ничего не дали. Весь отель утыкан камерами. Да и Тимур не думал никуда сбегать. А Марину взяли поднявшиеся в пентхаус уборщицы. Она так и сидела с пистолетом около неподвижной Лауры.

Дрожу всем телом и понимаю, что история еще не закончена. На месте Лауры могла оказаться я.

Дети в безопасности, и это главное!

Сжимаю холодные как лед руки, пытаясь размышлять здраво. Но ничего не получается. Ни-че-го!

Не в интересах Бергера двойное убийство. Он пожилой человек. У него смешливая жена Эмма и дети за границей.

Холодно, господи, как же холодно!

Возвращаюсь в номер и на автомате накидываю ветровку Никиты. Сразу становится теплее. А еще его запах.

Такой родной… От него и на душе легче.

Сажусь на диван, поджав ноги. И упершись взглядом в одну точку, пытаюсь понять, как жить дальше. За те три часа, прошедшие с момента гибели Архипа, мне пришлось несладко. И хоть покойник в опознании не нуждался, ноги сами понесли меня к распластанному на полу мужу.

Сколько раз я желала ему смерти?! Сколько раз грозилась уйти! И ушла ведь… В соседний дворик, правда. Но если бы не Никита, лежать бы мне сейчас рядом.