Назови меня женой

У них долгосрочная аренда номеров…

— А-а, так ты из тех Макаровых, — смотрит он на меня обалдело. Вижу, как по лицу пробегает мрачная тень… — А я-то думаю, кого ты мне напоминаешь… Только я тебя там никогда не видел, — заявляет настороженно.

— Терпеть не могу это место, — произношу совершенно искренне и даже руку прикладываю к голой груди.

— Дай догадаюсь, — весело хохочет Денис. — У тебя терки с Василиди? Я угадал?

— Это сложно назвать терками, — ухмыляюсь невесело. — Просто мы стараемся меньше видеть друг друга.

Мне проще десятой дорогой обойти его гостиницу, чем снова выяснять отношения…

— Из-за бабы? — уверенно бросает Денис и продолжает рассуждать вслух. — В бизнесе вам делить нечего. Вы птицы разного полета. А вот телку какую-то могли не поделить запросто…

И видя, как меня передергивает от возмущения, смотрит на меня, не мигая.

— Из-за Янки проблема? Его жены?

Морщусь, не желая делиться сокровенным. Что рассказать? Как побитый добирался до Красной поляны? И ввалившись в дом отца, попросил экономку обработать синяки и ссадины? Спасибо, Яночка, что вступилась… Или вспомнить, как сразу после Нового года снова погнал в Сочи.

Но до «Жемчуга» так и не добрался. Бросил машину в Имеретинке и, пройдя к берегу, уселся на первую попавшуюся лавку. Сколько я там просидел, не помню. Только подумал тогда, что нет смысла снова вторгаться к голубкам. Яна так решила, а значит, мне придется свалить в туман.

— Да ты пойми, — хохочет Денис. — Всегда вся ругань только по двум причинам.

Или бабки, или бабы! Архип вообще-то не ходит на сторону. Сидит, как приклеенный, около своей Янны, поэтому нетрудно догадаться, что все дело в ней. Но я на твоем месте подумал бы крепко. Она же как эта… мертвая француженка… тьфу… живая англичанка.

21

— Денис, — рычу, приподнимаясь из-за стола. — Достаточно. Я тебя не учу правилам дорожного движения, блин…

— Да я их и без тебя знаю! — вскакивает он.

— То-то ты мне в зад уперся и ехал, как приклееный!

— Да мог бы и пропустить!

— Хрена! Вот только ты обгонять не умеешь! Ездишь, как школьник, блин!

— А ты мне нравишься, доктор.

Едрен батон, нравишься! Оставался бы у нас, что ли? Мы бы тебе девку классную нашли. Такую горячую, прям огонь… Забудь эту греческую королевну. Архип тебя живьем закопает, но ее не отдаст…

— Да пошел ты… — бросаю, поплотнее кутаясь в простыню. Выхожу в раздевалку и, напялив на себя штаны и майку, снова возвращаюсь в комнату. — Я завтра рано выехать хочу.