Назови меня женой

Даже Милана вооружена.

Улыбаюсь, наблюдая за мелкими бандитами. Уже привык к их вечным потасовкам и радостным воплям. И с трудом могу представить, как жил без них и мог бы существовать дальше.

— Скажи, — смотрит на меня во все глаза Яна. — У тебя какой-то секрет?

— Нет, — отмахиваюсь, пораженный проницательностью любимой. Она все обо мне знает и читает меня как открытую книгу. — Я тут подумал, — бросаю осторожно. — Вы с детьми, наверное, будете скучать по «Жемчугу».

— Есть немного, — виновато улыбается Яна. — Там мне нравилось.

А у меня в башке уже зреет фантастический план.

Нужно только посоветоваться с Агафоновым и Марком. А еще заглянуть к ювелиру.

Тем же вечером я отвожу пакет генералу и при личной встрече спрашиваю осторожно.

— Предложение по отелю еще в силе?

— Конечно, — кивает Алексей Петрович. — Что там твоя женщина? Пусть только согласится, сразу дам отмашку.

— Я ей его подарю. На свадьбу. К пятому июля управитесь?

— Так точно, товарищ доктор, — весело ухмыляется генерал и добавляет со вздохом. — Ну, ты и нахал, Макаров!

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Эпилог

Яна

Свадьба. И в огромном Макаровском доме переполох. В платье в пол и босиком носится из комнаты в комнату Алина. Громко отчитывает Настю и пытается приструнить детей, бегающих по коридорам. В нашей с Никитой спальне в кресле восседает Дуська.

— Я как слониха, — смеется она. — Если сейчас встану и начну бегать, кого-нибудь затопчу.

— Ты самая очаровательная слониха в мире, — смеюсь, глядя на подружку в зеркальном отражении.

— А ты самая обалденная невеста, которую я видела, — довольно тянет Евдокия. — Сделай моего брата счастливым, пожалуйста! Самое дорогое отдаю…

— Я постараюсь, Дусь, — серьезно смотрю на подругу. Бросаю мимолетный взгляд на парикмахера, укладывающую мне замысловатую прическу.

— А Никита тебя уже такой видел? — неожиданно интересуется Дуська.

— Нет, — хихикаю я. — Это сюрприз. Он каштановый терпеть не мог. Но молчал. А я решила к свадьбе перекраситься. Вот с Олей и колдуем с раннего утра.

Не слушая болтовню кумушек, придирчиво смотрю на себя в зеркало, и самой не верится. Все. Прошел этап Василиди. Снова наступает Макаровский. Рыжей я себе нравлюсь больше. Бледно-зеленое платье выигрышно оттеняет огненные кудри.