Наследник для миллиардера

Сама ко мне льнула!

Языками и губами так схлестывались, что от одного воспоминания жарко становится и штаны готовы порваться!

Подумал, может, испугал ее своим напором тогда?

Да… Я парень большой. И ненасытный!

Наверное, для первого раза для нее это оказалось немного слишком…

Может, потому от меня и бегает? Боится?

Или из-за ребенка?

Так он еще крошечный совсем. Ничего ему не навредит! Даже мои поистине королевские размеры!

Или из-за того, что сестра ее здесь? Рядом?

Черт.

У женщин вообще в голове такое наверчено, что не всегда здраво и разберешь!

Да и не здраво.

Они себе навертеть в голове умеют похлеще, чем на прическе!

Слушать вообще не надо. Пытаться понять, себе дороже. Последнюю логику утратишь и еще свихнешься! Да….

Хотя и не для того они созданы, женщины эти, чтобы с ними разговаривать! Тем более, пытаться понять то, что логике не поддается! У них вообще. Губы и рот совсем для другого!

Но мне взгляда ее хватило.

Как вошел в кухню.

Схватилась за свои сковородки, как будто от меня спасаясь!

Я что? Ее, что ли, сожрать тут собираюсь?

Хотя… Хм… Не без этого, конечно!

Мог бы и не слушать. Не обращать внимания!

Но…

Глазища ее запредельные.

В них все видно. Так… По-настоящему. Так ярко и искренне!"

"Точно, как тогда… В номере моем… Я такой искренней естественности сто лет не помню!

Этим. Этим и зацепила.

Никакого в ней нет притворства!

Хотя… Тараканы какие-то странные, это есть… Может, даже и похлеще, чем если бы играла!

Но странное чувство она во мне вызывает.

Кроме того, что сожрать и заласкать ее до смерти хочется, хочется и обнять. Прижать к себе. Руки повыламывать всем, кто обидит и защитить от всего мира!

А он жесткий. Очень жесткий! Особенно для таких вот сладких маленьких девочек! С попой красивой и глазищами на поллица!

И…

Сам прифигел.

Но понял в этот момент, что и от себя даже защитить ее готов!

– Мммммм….

Даже зажмуриваюсь.

Откидываю голову назад. Прикрываю глаза.

Вкус еды тает на языке. Взрывается не хуже, чем вкус ее сладких губок!

– Садись и ешь, Таня!

Чего она мнется. Застыла, как изваяние. Чуть не шарахнулась к окну, как только отпустил.

Я что? Ее чем-то обидел? Или напугал?

Ни с кем еще в жизни не проявлял столько терпения!

А тараканов у сладкой Тани, вагон и еще стопятьсот прицепов!

– Садись, говорю!

Уже почти рявкаю.

Перепуганно смотрит.

Как будто и правда.