Наследник для миллиардера

Возможно, даже из постели. Он окидывает уже проснувшуюся и перепуганную Раю быстрым взглядом.

Устало трет глаза.

– Все будет хорошо, малыш, – шепчу, дрожащим голосом, стискивая ее руку.

– Мы рядом.

Сама не замечаю, как с губ срывается это самое « мы».

– Конечно, хорошо!

Солодов улыбается.

– Ты ведь у нас храбрая и сильная малышка! Да?

Глаза Раи становятся огромными, как два блюдца. В них плещется страх. А у меня… У меня просто ноги подгибаются.

Приходится вцепиться в руку Евгения. Иначе так бы и растянулась прямо во дворе больницы!

– Ничего страшного, – уверяет доктор, протирая очки.

Нам выделяют отдельную маленькую палату.

Рядом с операционной.

У Раи берут анализы, а я держу ее за руку мертвой хваткой.

– Это не страшно. Представь себе, что это такое приключение, – Солодов наклоняется к малышке. Забалтывает ее. Гладит по голове, пока я сбивчиво рассказываю про ее диагнозы и болезни, раскладывая на столе перед доктором выписки и карточки.

– Ну, что могу сказать. Операция необходима, – он потирает переносицу.

– Хорошо, что не затянули до последнего. На таком этапе шансы прекрасные. Причин для волнений нет.

– Ты просто заснешь сейчас, малыш, – шепчу, наклоняясь над малышкой.

Глажу по волосам.

– Просто заснешь, а дядя доктор починит твое сердечко. Мы так уже делали. Это не страшно. И не больно. Зато проснешься ты уже совсем здоровой.

– Дядя доктор волшебник?

– Да, малыш.

Шепчу, еде сдерживая слезы.

Время теряется. Пропадает.

Может, проходят минуты. А, может, часы, пока Раю отвозят в операционную.

– Все будет в порядке, – Солодов стискивает мои плечи.

Мы так и остаемся в маленькой палате. Здесь будет дожидаться итогов операции.

– Это лучший врач. Он творит чудеса. Все будет хорошо, Таня! Поспи пока. Или прими душ. Операция не закончится быстро.

Естественно, ни о каком душе и речи быть не может.

Глаза разъедает горькими слезами.

Как на иголках, расхаживаю из угла в угол. Даже кофе, который приносит Солодов, и тот выпить не могу.

Проливаю на себя половину стаканчика, успевая обжечься, прежде, чем понимаю, что это совсем бесполезная затея.

Руки дрожат. Меня всю колотит.

– Может, мятный чай? Таня. Тебе нужно успокоиться!

– Нет, – отрывисто качаю головой. – Не смогу.

Вытягиваю вперед свои трясущиеся руки.

Да меня и внутри колотит ничуть не меньше. Зубы стучат. Глотка сделать не смогу.