Нам можно

Кайла, узнав про шантаж, не могла благословить меня на роман с Картером, но пообещала не вмешиваться. Точнее, Эрика не втягивать, чтобы разобрался с «козлом, которого другом называет». Так-то и сам Эрик не агнец божий. Согласна, Картер, конечно, не подарок, но сердцу-то не прикажешь.

Или прикажешь? Вот он официально вызвал меня и, не отрывая глаз от монитора, указания раздает. Прямо capo di tutti capi – босс боссов!

– Надень что-нибудь элегантное в пятницу. Диор-хуёр, или что вы там носите?

Удивительный человек! Сидит здесь в костюме стоимостью в среднюю месячную зарплату редактора и приказывает.

Что у него в голове интересно? Этого не узнать, если не спросить.

– Ты не шутишь? – уточнила на полном серьезе. – Я должна соответствовать твоему «Армани»?

– «Бриони», Ведьмочка, только «Бриони».

– Позер! – фыркнула я.

– А в чем проблема, собственно? – Картер раздраженно оторвался от монитора. Для него донельзя все просто, это у меня, как всегда, проблемы. Попробую объяснить ему, что и как."

"– Милый, – ласково начала, – у меня зарплата пятнадцать долларов в час.

Я в месяц не зарабатываю столько, сколько стоят диоры с хуёрами. И напомню: папа у меня служит в полиции, мама чашки с кружками мастерит, так что, извини.

– Вот оно что, – Картер довольно откинулся на спинку кресла, только не облизнулся разве что, почуяв слабое место. Он не любит в них бить, наоборот, любит решать. С мужского плеча, так сказать. – Держи, – он даже не удосужился подняться, бросив на стол свою платиновую визу.

 – Пользуйся, пока я добрый.

Я взяла, в руке покрутила – дизайн классный, конечно, – и сдавила, сгибая пластик. Чтобы мистеру Картеру Трэверу было чем заняться, помимо шантажа и спонсорства. Я не содержанка, пусть и позволяю покупать себе мороженое. Мы ведь вместе особо никуда не ходим: либо работаем в офисе, либо работаем у Картера дома, совмещая это с сексом. Была пара исключений, но на то они и исключения – подчеркивают правила.

Его взгляд стал жестче, но поза осталась такой же вальяжной, а голос ироничным:

– Гордая.

Окей, мне нравится. Гордые, знаешь ли, даже сосут с каким-то особым достоинством, – и отъехал от стола. – Ну что, приступай, – и на пах кивнул.

По щекам тут же мазнуло огнем. Пора бы привыкнуть к резким сменам настроения, влекущим новые способы меня смутить и унизить, но пока получилось не до конца. Обычно эти попытки пустые, но иногда задевают. Нет, больно постоянно, но порой удается имитировать равнодушие и толстокожесть.