Нам можно

Мы не занимались сексом, просто в узких брюках было неудобно, а в одежде с мужского плеча очень даже. Я вся была окутана запахом дымного шоколада и наслаждалась этим. Считалось, что привкус дыма в шоколаде – это дефект, преподносимый недобросовестными производителями, как эксклюзив, а мне взаправду казалось, что это пикантная особенность. Мне нравился и запах, и вкус, и я сейчас не про какао-бобы. Я сейчас про него, Картера. Я словно ближе к нему стала, сроднилась… Если отбросить нюансы можно на мгновение представить, что мы пара, что мы вместе по любви.

И что, возможно, скоро станем родителями. Я вообще не волновалась насчет своей предполагаемой беременности. Ну не воспринимала всерьез! Мы с Картером вообще этот вопрос не поднимали, только в контексте залезть ко мне в трусики на работе."

"– Мне можно идти? – нарушила интимное молчание, но сама даже не шелохнулась. Вечер слишком томный – мы не спорили почти! – и плевать, что родители точно устроят допрос с пристрастием (не даром папа полицейский): поздно возвращаюсь, и в отговорки про «задержалась на работе или с подругами» уже не поверят.

У отца разговор короткий – к черту такую подработку! И запросто телефон подруг попросит, чтобы убедиться, что компания подходящая. Я, конечно, совершеннолетняя, но кого это волнует! Пока живу с родителями – подчиняюсь правилам.

– Нет, – Картер медленно подошел, – идти нельзя, а подняться можно, – и сгреб меня в охапку. Он отнес меня в свою нереальную спальню – с неба нам подмигивали яркие звезды.

Стеклянная крыша – это просто отвал всего! А еще камин, возле которого лежала пушистая белая шкура (искусственная – я уточняла) и большая кровать с хрустящим бельем цвета и запаха мяты. Очень минималистично и стильно. Роскошь со вкусом.

– Ты специально это придумал? – показала на крышу. – Чтобы вообще не было вариантов отказать тебе?

– Я не вожу домой баб, – он опустил меня на мягкую шкуру и неспешно принялся разбираться с пуговицами.

– А я кто? – О да! Я хотела красивых слов и волшебных признаний.

Желала услышать, что я особенная. Картер определенно не из тех, кто в принципе пренебрегал защитой, поэтому вряд ли кончал в кого-то. Это же должно что-то значить?!

Картер улыбнулся: по-мужски так, уверенно очень – он разгадал мою уловку.

– Ты – моя личная ведьма, – и распахнул полы рубашки: через тонкий бюстгальтер прихватил зубами сосок и цепочкой маленьких укусов к шее поднялся. Меня потряхивало от нежной дрожи. Может же быть милым, когда хочет.