Надежда на счастье

– Если бы я мог провести ее через город, я бы так и сделал. Но топографы сказали мне, что это невозможно. Но тебе-то какое дело до всего этого? Если бы ты продала землю мне, я позаботился бы о тебе и твоих девочках.

– А как быть с моими персиками? Ты хочешь проложить железную дорогу прямо через мой сад.

– Неужели не понимаешь? Я сделал тебе хорошее предложение. У тебя будет достаточно денег, и сад тебе больше не понадобится. Сад – это деревья, не более того.

– Вернон, ты ничего не понимаешь. И никогда не понимал.

– А мне нужна эта земля, – проговорил Тайлер с металлом в голосе. – И она будет моей, потому что я всегда получал то, чего хотел."

"– Не всегда, Вернон, – возразила Оливия. – Ты сам прекрасно знаешь, что не всегда.

Этот намек не на шутку разозлил Вернона.

– Твой папаша был всего лишь никчемным пьяницей, – проговорил он с презрением.

– Он не был никчемным. Он был хорошим человеком.

– Оливия, дорогая, твой отец был пьяницей, и все это знали.

– Неправда. – Оливия покачала головой.

Вернон пристально посмотрел ей в глаза.

– Нет, правда, моя дорогая. Твой папаша до того напивался, что не соображал, что делает. Но он был слишком упрям, чтобы позволить своим сыновьям или надсмотрщику управляться с делами. Потом твой отец умер от пьянства. А твоих братьев нет, так что я – единственный, кто может сейчас помочь тебе и твоим девочкам. Ты должна принять мое предложение, и я смогу облегчить твою жизнь, Оливия.

Оливия не собиралась позволить ему запугать себя.

– Поступай, как знаешь, Вернон. Но тебе никогда не получить «Персиковую рощу».

Тут дверь лавки отворилась и звякнул колокольчик. На пороге появилась элегантно одетая женщина.

– Почему так долго, Вернон? – Алисия Тайлер подошла к мужу и с видом собственницы положила руку ему на плечо.

– Я же сказал, чтобы ты ждала в экипаже, – проворчал Вернон.

Женщина нахмурилась.

– Я не согласна ждать, сидя под палящим солнцем, – ответила она и взглянула на Оливию. – Вы уже закончили свои дела?

Вопрос был задан Вернону, но ответила Оливия:

– Да, уже закончили. И запомни, Вернон, ответ мой будет всегда один и тот же.

Резко развернувшись, Оливия направилась к двери. Она знала, что сейчас ее отец гордился бы ею, пусть даже он действительно был пьяницей.