Наезд по понятиям

Знал бы ты, как я по нему соскучилась.

– Раньше надо было скучать…

– Игнат, я чувствовала себя такой виноватой, что ужас как боялась показываться тебе на глаза…

– А сейчас не боишься?"

"– Боюсь… Но я так больше не могу. Я соскучилась по тебе, по нашему Антошке… Это же наш малыш, Игнат?

– Ну, в принципе, да…

– Почему в принципе? Это наш ребенок. И я его мать… Впрочем, ты можешь меня прогнать…

Виола была сама смирение. Если это игра, значит, она гениальная актриса.

– Да это всегда успеется, – в раздумье сказал он.

– Я буду умницей, честное слово. Ты не прогонишь меня, обещаю! – засияла она от счастья. – Такты покажешь мне нашего Антошку?.. Или нет, я сама его найду. Сердце матери само приведет меня к нему…

Игнат усмехнулся. Похоже, Виола переборщила. Сердце матери… Как будто она не знает, где находится детская комната.

Виола получила зеленый свет, и вся сгорающая от нетерпения ринулась к Антошке. Подошла к его кроватке, какое-то время глядела на него с нежной улыбкой, затем взяла на руки.

Никаких сюсюканий, никаких «гули-гули», только ласкающий полный материнской любви взгляд. Игнат чувствовал, как тают в его душе последние льдинки.

Антошка проснулся, заплакал.

– Мамочку узнал, – на остатках неприязни съязвил Игнат.

Но Виола нисколько не обиделась. Как раз напротив, обрадовалась. Может быть, это была дурацкая радость. Зато искренняя…

– Он кушать хочет, – подсказала Марина Викторовна.

– Ой, какая же я глупая! – весело улыбнулась Виола.

– Надо Ксюшу звать.

– Ксюшу?!. Ах, Ксюшу?! Это та самая девочка, которая кормит нашего Антошку… – как бы вспомнила Виола.

Конечно же, она знала, что Ксюша живет у Игната в доме. Она должна была ревновать его к ней… Игнат по-

думал, что Виола сейчас забьется в очередной истерике. Но ничуть не бывало…

– А где она сейчас? – задыхаясь от восторга, спросила она. – Я хочу познакомиться с ней…

– Вы разве не знакомы?

– То было плохое знакомство.

Очень плохое… Я хочу познакомиться с ней заново. Я хочу сказать, как я ей благодарна… Бедная девочка, как же это ужасно, когда твой ребенок умирает. У нее было такое горе, а я со своим гадким языком… Игнат, я, честное слово, изменилась. Я уже совсем не такая, как была прежде… Так где же наша милая Ксюша?

– Она за Левой присматривает…

– Ах, за Левой!.. Как здорово!.. Игнат, а ведь она девочка – очень симпатичная.