( Не ) моя Днк

— Идите сюда!

И они прошли в глубь салона.

— Ах вот она какая, твоя Анюта, — всплеснул руками здоровенный парень с торчащей вверх черной челкой. Остальная часть его волос отчего-то была белой. — Кстати, я Густаво…

Заметив в ухе парикмахера серьгу и черную подводку на глазах, Аня сделала вывод, что он тоже гей. Не стала гадать, почему русский парень назвался иностранным именем, — лишь бы ему нравилось.

— Я буду горд, если ты позволишь мне поработать над своими волосами, — тем временем продолжил он, во все глаза ее разглядывая.

— А я? — тут же затопала ножкой Лейла.

Тут появился второй парикмахер — полная противоположность Густаво. Мелкий, с торчащей белой челкой и черной шевелюрой.

— Пойдем, маленькая леди, — поманил он Лейлу, — я подстригу тебе кончики и заплету косички, хочешь? Мы усадим тебя вот сюда… Тебе можно леденцы?

— Ей можно, — кивнула Аня.

Парень подхватил Лейлу на руки, и та, довольно взвизгнув, позволила усадить себя на соседнее кресло.

Густаво тем временем усадил Аню и задал сакраментальный вопрос:

— Как будем стричь эти прекрасные кудри? Что бы ты хотела?

Странное дело, вопрос задал парикмахер, а в голове Ани почему-то ожил Тигран.

«Никогда не стриги волосы выше уровня груди, Аня! Ты же знаешь, как я люблю твои длинные локоны…» — говорил муж, при этом непременно поглаживая ее.

Что ж, раз Тигран ее больше не любил, какая разница, какой длины ее прическа? Можно смело стричься.

— Меня коротко, пожалуйста.

— Коротко? — Парикмахер нахмурил кустистые черные брови.

— А давай я помогу тебе решиться, — усмехнулась Аня.

Выудила из пояса парикмахера ножницы и отчекрыжила прядь.

— Женщины… Что вы за чудесные создания? Многие убили бы за твои волосы, — вздохнул Густаво и приступил к работе.

Его ножницы так и мелькали, щелкали, отрезая вместе со светлыми кудрями частички воспоминаний о прошлой жизни. И вскоре длинных прядей совсем не осталось.

Каре делало ее строже, в то же время выделяло симметричность черт лица, подчеркнуло его красоту.

— Вау, Анюта, я в восхищении! — захлопал в ладоши Саша, когда ее увидел. — Хотя… С такой прической ты не Анюта более, нарекаю тебя Эн!"

"Глава 24. Авик и Эн

— Привет, Авик, — услышал он в трубке ее мелодичный голос.