Морские гезы

Оба галеона поставили запасные паруса и медленно пошли на северо-северо-восток, под острым углом к португальскому берегу. Там пополним запасы воды, потому что на галеонах ее осталось в обрез, да и нам свежая не помешает. Затем будем галсами идти вдоль западного берега полуострова, а дальше изменим курс вправо и, поскольку ветер станет более попутным, быстрее пойдем на Ла-Рошель, столицу гугенотов. Если, конечно, ветер не изменится.

32

Тереза Риарио де Маркес умеет пользоваться вилкой, но орудовать одновременно ею и ножом пока не научилась.

Служанка порезала ей мясо на маленькие кусочки на серебряном блюде из моего сервиза, после чего синьора накалывала их серебряной вилкой и тщательно пережевывала, запивая иногда белым вином, которое нравилось ей больше. Западная Европа еще не знает, что мясо надо запивать красным вином. Ест синьора с удовольствием, потому что мясо свежее, а не солонина, которой ее пичкали на галеоне.

Утром мы забили бычка, предпоследнего из тех, что взяли в рейс. Путешествовали бычки в трюме, в специально оборудованном хлеву, вместе с баранами и свиньями.

Рядом был птичник, заполненный петухами и курами. Холодильников пока что нет. Приходится возить живых животных и птиц. Под утро петухи кукарекали, из-за чего мне снилось, что я в тверской деревне.

Тереза Риарио де Маркес сидит в серебристо-сером платье с серебряными пуговицами везде, где только можно. Два больших сундука с ее вещами привезли с галеона. Я сразу предложил ей переодеться во что-нибудь посветлее.

— Черный цвет наводит на грустные мысли. С такими за стол садиться нежелательно, — аргументировал я свою просьбу.

— Синьора Тереза — вдова! — вступилась служанка. — Она обязана ходить в черном в память о покойном муже!

— На моем корабле ей незачем хоронить себя. Она молода и красива и должна радоваться жизни. Играть безутешную вдову будет в Испании, — сказал я, догадавшись, что молодая вдова не сильно огорчена смертью мужа, и заверил: — Я никому из ее знакомых не расскажу об этом.

Служанка собиралась еще что-то сказать, но Тереза Риарио де Маркес распорядилась:

— Достань мое серебряное платье.

Хуанита пошла к сундуку, бурча на ходу тихо, но так, чтобы я услышал:

— Настоящий идальго никогда не позволили бы себе сказать такое даме!

Видимо, мы с ней знаем этих идальго с разных сторон. Она видела их только в салонах, а я еще и в походах. Какие из них были настоящими — затрудняюсь сказать.

— Заодно можете принять ванну, — предложил я.