Морские гезы

Новые члены экипажа и купец Андреас Циммерманн не скрывали удивления. Пока что средняя скорость судов узлов семь-восемь. Рыбацкие буйсы могут в балласте разогнаться до десяти-двенадцати. То, что нас очень трудно догнать, придало бодрости купцу и экипажу. Никто не хотел умереть от рук пиратов.

— Думал, ты привирал, когда говорил, что за полтора суток доберемся до Гамбурга! — восхищенно произнес купец Андреас Циммерманн, расхаживая по квартердеку.

Ему не сиделось в унтер-офицерской каюте, в которой я выделил ему место в компании Яна ван Баерле, боцмана и плотника.

Она располагалась под моей с правого борта. С левого была кладовая для съестных припасов и вина. Моя каюта была от борта до борта, имела гальюн — небольшую башенку, прилепленную к корме ближе к левому борту. Открываешь дверь и, пригнувшись, садишься на сиденье с дыркой. Ноги остаются внутри каюты. Во время шторма возможны незапланированные омовения. По центру в кормовой переборке был пушечный порт, сейчас закрытый. Бронзовая полупушка на лафете с четырьмя колесиками, была крепко принайтована возле порта. Треть каюты у правого борта занимала спальня, отгороженная тонкой переборкой. В ней стояла кровать с высокими бортиками. Вход в нее закрывала штора из плотной темно-синей ткани. В носовой переборке каюты были три иллюминатора с толстыми стеклами: два по обе стороны входной двери, а третий — в спальне. У левого борта находился платяной и оружейные шкафы и небольшой, надежно приделанный к палубе ларь с висячим замком, в котором я хранил деньги и ценные вещи. Рядом с одним иллюминатором располагался штурманский стол с ящичками, заполненными навигационными инструментами, картами и лоциями, рядом со вторым — обеденный, за которым вместе со мной принимали пищу Ян ван Баерле и Андреас Циммерманн. Кстати, карты стали заметно лучше. Они еще не дотягивали до той, что была у меня, больше напоминали картинки берегов, поэтому неплохо дополняли ее."

"По Эльбе шел без лоцмана. Пока не на что изображать благотворителя.

Город разросся. Теперь не было разницы, живешь ли ты под защитой крепостных стен или нет? Пушки сделали всех одинаково беззащитными. Преобладали строения из красного кирпича, крытые красноватой черепицей. Улицы были грязнее роттердамских, но чище антверпенских. Впрочем, Роттердаму в плане санитарии очень помогали каналы, в которые сваливали все ненужное. Во время отлива весь мусор устремлялся в море.

Выгрузка и погрузка заняли почти три недели.