Мой ненавистный босс

Мои легкие заполняются под крышечку, и перевожу свой дерзкий взгляд на вставшего прямо передо мной босса.

Засранец при приглушенном свете хорош. Щетина его вечерняя, нахмуренные брови, мужской изгиб губ. И пахнет он божественно.

Жаль, что ненавижу его.

– Работа такая. Была. Пирс Броснан или Дэниел Крейг?

Варламов прищурился и, могу поспорить, скрывает свою гадкую ухмылку. Но тем не менее отвечает:

– Шон Коннери (Прим. автора: первый актёр, сыгравший в кино британского секретного агента Джеймса Бонда)

– Астон Мартин или Ягуар (Прим.

– Альпин (Прим. автора: первый автомобиль Джеймса Бонда)

– Туше. Значит, вы и вправду фанат первой “Бондианы”.

– А вас надо было отправить в автомобильный журнал. В машинах вы разбираетесь куда лучше, чем в спорте.

– Я быстро учусь.

Воздух вокруг нас превращается в густой пар, собирая капельки пота с шеи и ключицы. Схлестнувшись взглядами, никто не спешит увести свой.

– Это похвально. Тогда, надеюсь, я больше не услышу от вас претензий по поводу работы?

Мои щеки вмиг покрываются огненным румянцем.

Сладко улыбаюсь своему боссу, мысленно желая ему отравиться сегодняшним ужином, и с придыханием отвечаю:

– Конечно же, нет.

– И больше вламываться ко мне в кабинет вы не будете? – со смешком в голосе спрашивает.

Прикусываю нижнюю губу. Отчего-то мне кажется, босс меня провоцирует.

– За некоторые свои действия не могу отвечать, – нейтрально произношу, а саму потряхивает.

Конечно, так вести себя с Варламовым, который может через секунду вышвырнуть мои вещи из издательства, на самом деле глупо и безрассудно.

И о чем я только думаю? Его туалетная вода на меня так влияет! Определенно.

– А вы честный человек.

– Ни капельки.

– Но только что вы… Вам кто-нибудь говорил, что вы невыносимы?

Положив ладони на стол по левую руку от меня и чуть наклонившись, так, что его ядовитый аромат ложится тонкой пленкой на все мои чувствительные рецепторы, четко спрашивает.

– Пфф… Вы тоже не подарок.

– Невероятно!

– Я вообще… на свидании должна быть, а не переписывать ссылки на статьи десятилетней давности о каких-то командах. Кому какое дело, какой счет был между Римом и Ю… ю… вентусом, прости Господи?

Сердце вырывается из груди, будто пробежала несколько километров. Боюсь поднять взгляд, когда он так рядом и, чувствую, смотрит на меня. Изучает как нечто диковинное.

Коротко возвожу к нему глаза и тут же их опускаю.