Мой милый повеса

 – Он меня уже ненавидит, да, Сара?

– Харт мне ничего не сказал…

По выражению лица и так все было ясно, поэтому слова не требовались.

– Ну вы и натворили дел, Люси! – покачала головой Джейн Апплтон. – Вы никогда не знали, в какой момент нужно остановиться, чтобы ничего не испортить.

– Ничего не испортить не означает пустить все на самотек, – возразила герцогиня, вздернув нос.

– Нам, может, лучше подождать с выводами, пока не увидим, как к этому отнесся Харт, – предложила Кассандра.

– Да, давайте, – согласилась Люси.

– Да к чему все это, если муж будет ненавидеть меня до конца своих дней! – простонала Мэг.

– Этого не слу… – Герцогиня перехватила взгляд Сары и замолчала на полуслове, потом тихо спросила: – Все настолько плохо?"

"– Хуже некуда, – кивнула та. – Харт отправился к родителям. Их реакция на эту новость будет какой угодно, но только не радостной.

Глава 30

Родители ждали ее, когда двумя часами позже Люси и Дерек привезли Мэг домой. Герцогиня закутала подопечную в накидку, чтобы скрыть беспорядок, в котором было ее платье, а одна из горничных привела ее прическу в божеский вид, но все равно, поднимаясь по ступенькам к главной двери дома, Мэг понимала, что вид у нее виноватый. К чести Люси и Дерека, они вошли в дом вместе с ней, хоть она и не просила герцогиню об этом.

Стоило им переступить порог, как мать накинулась на нее:

– Маргарет, что ты натворила?

Понятно: Харт здесь уже побывал.

– Давайте пройдем в гостиную и обсудим все как цивилизованные люди, – предложила Люси.

Тиммонсы были так обескуражены, что герцогине пришлось самой зажигать свечи. Мэг заняла кресло возле камина, а родители уселись на кушетку. Закончив, Люси подошла к Мэг и положила руку ей на плечо, к супруге присоединился и Дерек, словно ее подопечной могла понадобиться защита.

– В других обстоятельствах этого могло и не случиться, – начала Люси, – но факт остается фактом: ваша дочь обручена с будущим графом. Я думаю, вы должны быть рады этому обстоятельству.

– Рады? – Глаза у Кэтрин полезли на лоб. – Она опозорила нас, повела себя как уличная девка и в результате привязала к семейству, которое мы презираем. Чему тут радоваться?

Мэг посмотрела на отца.