Мой милый повеса

– Я думаю, тебе нужно спуститься на землю, Маргарет. – Отец вновь уткнулся в газету. – Такие богатые дамы время от времени проявляют интерес к таким девицам, но очень быстро им становится скучно и они находят себе другое развлечение.

Для Мэг столь обидные слова не стали неожиданностью, поэтому, зажав салфетку в руке, она возразила:

– Мы с ней подруги, отец. Герцогиня согласилась помочь мне достойно выглядеть, а я собираюсь вернуть ей деньги, как только удачно выйду замуж и…

– Удачно выйдешь замуж? – переспросила мать.

Отец послал ей испепеляющий взгляд и снова уткнулся в газету.

– Конечно, нет, – согласилась Мэг, – это совершенно неприемлемо. А вот что касается помощи, я собираюсь ее принять. Она очень добра ко мне. – Настало время перевести дух и приготовиться выдать последний аргумент.

Мать смотрела на нее все так же мрачно и равнодушно, но потом, видно, до нее дошло:

– Что ж, это дело.

– О каких именно шансах речь, Маргарет? – спросил отец, не отрываясь от газеты.

Вот она – возможность упомянуть про Харта, чтобы родители проявили наконец снисхождение к его семье, что у нее есть надежда.

– Мне помогает Харт – брат Сары, и он специально на нескольких балах приглашал меня танцевать, чтобы привлечь ко мне внимание.

Разумеется, родители уже знали бы об этом, если бы проявляли к ней хоть немного внимания.

Газета упала на стол, отчего задребезжала посуда.

– Харт Хайгейт? Наследник Хайфилда?

– Да, – подтвердила Мэг, заставив себя посмотреть отцу прямо в глаза, но там не было ничего, кроме гнева, никаких признаков доброты.

– Этот хлыщ, как и его папаша, не думает ни о ком, кроме себя любимого, – криво усмехнулся отец.

– Кто бы говорил, Чарлз! – Глаза матери превратились в щелочки, и, чтобы родители не накинулись друг на друга, Мэг поспешила возразить:

– Он был очень добр ко мне!

– Хайгейты не могут быть добрыми! – заявила мать.

Все это бессмысленно! Мэг нужно было попытаться вернуть их к началу разговора, и она быстро проговорила:

– Так у меня есть ваше разрешение на помощь герцогини?

– Делай что хочешь, – буркнул отец из-за газеты, – но от Хайгейта-сынка держись подальше. Он негодяй.