Мой. Реванш

Он это понял, как только увидел светловолосую макушку рядом со своей ладонью на постели.

Отвратительная постель, кстати. Жесткая и неудобная.

Рус сделал глубокий вдох и… мысленно выругался. Нет, не сдох он. Вполне себе жив. Потому что боль начала накатывать волнами. А ее эпицентр сосредоточился прямо в центре груди.

Рус попробовал перевернуться набок. Не получилось. Тело будто чужое. И противный писк начинал бесить.

Зато Дарья подняла голову и сонно взглянула на Ермакова.

Вот же черт раздери! Он бы полжизни отдал, только бы и дальше Даша смотрела на него вот такими глазами.

Нет-нет! Только не плачь! Не вздумай даже!

Руслан не мог пошевелить губами. Что-то мешало. И руку поднять не мог, чтобы обнять любимую девушку. Вообще чувствовал себя беспомощным овощем. А Дарья улыбалась, глядя на него. И плакала.

В какой-то момент в комнате стало тесно от людей в белых халатах. Дарью оттеснили в сторону. А у Руслана даже не было сил удержать ее пальцы в ладони. А без Дашкиных пальцев Русу стало хреново.

Ермаков не сводил глаз с Дарьи. Черт, она похудела. И лицо слишком бледное. И темные круги под глазами. И губы искусаны.

Руслан все это видел, подмечал, хмурился. Ему не нравилось то, как сильно изменилась Даша. А ведь он ее не видел… Как долго? По ощущениям несколько часов. А вот много ли прошло времени в действительности? Хрен понять.

Ермак предпочитал не замечать ту суету, что развели вокруг него медики. Просто смотрел на Дарью, мысленно уговаривал ее не плакать.

И Руслан сдался. До его слуха издалека донесся Дашкин крик. Любимая пыталась дотянуться до него, однако врачи не пускали.

А в мыслях билась всего одна фраза: Только не плачь!

***

Руслан открыл глаза. На этот раз было легче. По крайней мере, он мог свободно шевелить губами. И улыбнулся, когда понял, что Дарья устроилась на подушке рядом с ним, прижимаясь щекой к его плечу.

Ермаков лежал, повернув голову, и смотрел на Дарью.

– Привет! – услышал он родной голос, – Как ты? Как себя чувствуешь?

– Норма, – с трудом пробормотал Руслан и крепче сжал Дарьину ладонь, которая лежала в его руке. – Иди сюда, ближе, Даш.

Руслан не знал, расслышала ли она его просьбу. Но сам он не мог крепче обнять Дарью. А нереально сильно хотел это сделать. До смерти хотел.