Лин-Ли

Лазарет в Гильдии магов оказался не таким уж плохим местом, если делить его на двоих. А подушку, по мягкости способную соперничать с булыжником, можно просто-напросто выбросить на ненужное спальное место.

Мелочи, какие же все мелочи…

— Прости за это, — пробормотала Лина, опустив взгляд и задумчиво проведя кончиком указательного пальца по его предплечью.

Все-таки лечение кровью совсем не то же самое, что применение дара на уровне тонких энергий: шрамы остались и у нее, и у него. Увы, никто из целителей так и не смог их убрать.

— Шутишь? — Линден снова перехватил ее руку. — Ты мне жизнь спасла.

Лина не нашла слов и просто улыбнулась. Вышло несколько вымученно, но после случившегося прошло слишком мало времени — еще не отпустила.

Она отвела глаза, но успела заметить, как Айрторн нахмурился, заметив выражение ее лица; свои пальцы с руки он так и не убрал.

— Я теперь тоже убийца, — сказала Лина, уставившись в белую безликую простыню между ними.

Линден хмыкнул и, повернувшись на бок, подложил руку под голову; снова заглянул в глаза снизу вверх.

— ""Тоже"" — это ты себя с Дорнаном сравниваешь?

Она инстинктивно сжала зубы при этом имени. Качнула головой.

— Я так люто хотела, чтобы он сдох… — начала и задохнулась. Замолчала.

Слишком много злости и ненависти — слишком. Так недолго завести в лазарете какую-нибудь нечисть, питающуюся отрицательными эмоциями, или еще что-нибудь в этом роде.

Айрторн коснулся рукой ее щеки, вынуждая посмотреть на него.

— Не надо. — Ободряюще улыбнулся.

— …но не его мать, — все-таки договорила Линетта, на сей раз не отводя глаза, а зажмурившись, словно от боли."

"Стыдно было признаться, но о том, что в доме над подвалом-пещерой находился еще один человек, Лина вспомнила только тогда, когда услышала, что из-под завалов извлекли обгоревшее тело женщины.

К счастью, Линден не стал убеждать, что это не ее вина, а просто притянул к себе и крепко обнял. Линетта прижалась щекой к его груди, укрытой жесткой простыней.

Живой, главное, что живой…

В дверь постучали. Она мгновенно распахнула глаза и села, а потом и вовсе поднялась на ноги, пригладила растрепавшиеся волосы.