Лин-Ли

Ризаль вскинул голову и ошарашенно уставился на Айрторна.

— Кто-то же должен был, — с милейшей улыбкой огрызнулся тот.

Что ж, теперь стало ясно, куда Линден время от времени уходил в выходные, никого не посвящая в свои планы.

— А кого там не было со всеми во время убийства артефактора? Двое — на дежурстве и все время на людях, это я помню, а один… — Викандер нахмурился, видимо, запамятовав имя, и потянулся было к разложенным на столе бумагам, но Ризаль его опередил:

— Дорнан Мадис, — подсказал сухо.

— Дорнан Мадис, — повторил наставник Линдена, вероятно, чтобы лучше запомнить имя.

Айрторн дернул плечом.

— Хитрый, ушлый, своего не упустит, не слишком ответственный…

— Кто бы говорил, — буркнул Ризаль.

Линден чуть улыбнулся, бросив на начальника косой взгляд, и все же закончил фразу:"

"— … но далеко не дурак.

Викандер чуть прищурился.

— То есть подходит?

— По характеру — возможно, — серьезно кивнул Айрторн, убрав с лица улыбку. — Но я ставил у него в комнате ""глаз"" — ничего.

Теперь уже Линетта удивленно воззрилась на напарника. Он всерьез подозревал Дорнана?

— Мотив?

— Повысить уровень дара? — предположил Линден. — Мать с детства гнобит его за то, что из него не вышел сильный маг, и требует одаренных внуков.

Викандер поджал губы и задумчиво побарабанил пальцами по своему колену.

— Еще кто из темных подходит?

— Лукреция.

— Мотив?

— Не стареть, — брякнула Лина и прикусила язык, потому как Айрторн в ответ на это предположение бессовестно заржал.

Его наставник тоже чуть улыбнулся, однако кивнул со всей серьезностью.

— Принимается.

— Еще?

— Штейн, — сказал Ризаль, и когда все повернулись к нему, развел руками. — Что? Мы же пошли по списку темных. Он, конечно, дежурил в ночь смерти Петера, но Петера убили ножом, а не магией.

— Логично, — согласился Викандер и перевел вопросительный взгляд на Линдена.

— Кандидат не хуже остальных. Может хотеть повысить уровень дара.

— Гирли, — снова подсказал Ризаль. — И тоже тогда дежурил.

— А вот этот — нет. — На сей раз Айрторн уверенно покачал головой. Его наставник заинтересованно изогнул бровь. — Он толстый, — пояснил Линден свое мнение. — А к Моррену приходил кто-то высокий и худощавый. Могла и женщина, но точно не толстяк. Кстати, по тому же принципу отметаются Бьерн и Фиксли — оба коротышки.

— Что еще за Моррен? — не понял Ризаль.