Лин-Ли

— Ты хотя бы хорошо провела время?

О да. Просто замечательно. Как теперь смотреть-то коллегам в глаза?

— Было весело.

И снова — полуправда. Вчера она была в таком состоянии, что смешно и весело становилось от всего — хоть палец покажи.

— Хорошо, — Ферд даже чуть улыбнулся. Потом шумно выдохнул и устало провел ладонью по лицу. Упер руки в бока и уставился в потолок. — Веду себя как ревнивый муж, да?

— Все нормально, — заверила Лина.

А чувство вины таки добралось до нее, потому что мысль о том, что им нужно расстаться, никуда не делась.

— Давай встретимся, когда все немного уляжется, и нормально поговорим? — предложила она, чувствуя, как истончается вокруг них щит, а также продолжает таять и без того не восстановившийся резерв.

— Если не получится раньше, в конце недели праздник Середины осени, — напомнил Андер, шагнув навстречу и мягко коснувшись ладонью ее лица.

Лина едва не взвыла. Какая же она все-таки идиотка — взяла и помирилась с мужчиной, с которым решила расстаться.

— Хорошо, — сорвалось с ее губ.

А что еще ей оставалось? Заявить о разрыве прямо сейчас? Тут, у комнаты покойника?

Щит истаял.

— До встречи, — попрощался Ферд и направился в сторону выхода.

Лина вздохнула и хотела вернуться в кухню, однако, не дойдя до нее пары шагов, развернулась и ушла к себе.

Ей нужно было побыть одной.

ГЛАВА 14

Петера хоронили на следующий день после обнаружения тела. Опознания не требовалось, причина смерти была налицо, поэтому больше времени ушло на оформление бумаг и подготовку места на кладбище.

Полтора дня, и все, что осталось от старого артефактора, это запертая сыскарями комната в общежитии с минимумом личных вещей.

А потом была похоронная процессия, гроб, обитый белым сукном, как и положено при погребении светлого мага.

На кладбище собрались все члены гильдии. Горожан-немагов почти не наблюдалось — всего несколько человек. Бывшая жена Петера не пришла, и Лина подумала, что, будь артефактор жив, он наверняка прокомментировал бы это каким-нибудь колким философским высказыванием.

Грустно улыбнувшись своим мыслям, Линетта крепче обняла себя руками.