Лин-Ли

И все же, невероятное везение, что испуг Агнессы за свою жизнь, а также любовь к детям, которые без нее остались бы совсем одни, в итоге победили. Иначе последствия такого метода ""лечения"" могли стать по-настоящему плачевными.

— Кстати, хозяин ""Подковы"" очень доволен новой сотрудницей и теперь делает мне скидку, — добавил Линден, отсмеявшись, и весело ей подмигнул.

Линетта слабо улыбнулась.

— А если кто-нибудь из черных скажет ей правду, что никакого проклятия на ней нет? — поинтересовалась, поставив локоть на стол и подперев кулаком голову.

Айрторн мгновенно посерьезнел.

— Значит, ей придется выбирать. — Снова спустить свою жизнь в канализацию или использовать шанс, который ей дали… — Но я в нее верю, — добавил бодрее. — Людям, знаешь ли, очень нужно, чтобы в них кто-то верил.

Лина вздохнула и не нашла, что на это возразить. Ей тоже очень хотелось верить в то, что мать Моррена и Лилли справится с искушением и не вернется к прежней жизни.

— Эй, молодежь.

Выглядела соседка озабоченной. Не говоря уже о самом внешнем виде: она оказалась в халате поверх ночной сорочки и в чепце для сна, чего в общественных помещениях обычно себе не позволяла.

Минуту назад сползший по спинке стула Айрторн тут же подобрался.

— Нет, а что с ним?

— Обещал занести мне вчера артефакт. И не зашел. Сейчас смотрю: дверь закрыта снаружи, будто и не ночевал.

Линден сложил руки под подбородком и посмотрел на стоящую в дверях соседку снизу вверх.

— Ну, может, остался где…

Он явно не понимал, что в этом такого. Однако Лина была абсолютно солидарна с Розарией и тоже заволновалась.

— Петер всегда ночует дома, — пояснила она напарнику. — Всегда, — выделила интонацией. — Хоть дождь, хоть снег, хоть трезв, хоть пьян. Пусть даже не может стоять на ногах, на четвереньках и то доползет сюда.

— Хотя бы до крыльца, — поддержала Розария.

— Это его принцип, — кивнула Линетта.

Наконец до Линдена дошло, и он тоже нахмурился.

— Пойду проверю крыльцо, — тем временем решила соседка. — Может, правда там заснул.

— Нет. — Айрторн покачал головой. — Я забирал доставку. На крыльце никого нет.

Розария всплеснула руками и пробормотала ругательства. Тем не менее, несмотря на грубые слова, было видно, что она по-настоящему волнуется за соседа-выпивоху.