Мятежный

На заметку: пора проверить, не выросла ли на самом деле у меня сегодня вагина. Начинало казаться, что так и есть.

– Надеюсь на это, потому что он единственный, кто у меня остался, – ответила она.

– Ты преувеличиваешь.

Она засмеялась.

– Перестань это делать.

– Делать что?

– Давать мне надежду. Вера – опасное чувство. Она побуждает пробовать, а когда ты пробуешь, то терпишь неудачу.

Интересно, осознавала ли она, что наши колени почти соприкасались. Что мы находились ближе друг к другу, чем когда-либо. Что мы могли не просто почувствовать запах друг друга, но и изучить каждую веснушку и родинку на коже.

– Странно, а мне казалось, твоя жизнь наполнена радугой и единорогами, – пошутил я.

– Мой отец умер, моя мать – сука, и у меня совсем нет друзей. Моя собака умирает, так как я не могла набраться храбрости, чтобы возить его на ежегодные осмотры. Меня ничего не связывает с этим миром. Найти свое место, выбираться из дома… – Она резко вздохнула, постукивая пальцами по рулю, пока вела машину. – Последние два года я ждала, что вот-вот на меня обрушится небо.

– Но именно поэтому тебе и нужна работа, – возразил я. Она выехала на главную улицу, направляясь в сторону Эльдорадо. Я не готов расставаться, не на такой ноте. – Тебе необходима причина, чтобы просыпаться по утрам. А мне нужен бариста, Снежинка. – На самом деле нет, но, похоже, кто-то потеряет работу.

– Несмотря на то что предложение мне льстит – и не сомневайся, предложение выполнять работу бурундука льстит мне невероятно, – на секунду она замолчала, – я не собираюсь на тебя работать. Ты ведь был в особняке Даррена? В нашей семье деньги не проблема.

– Так не работай за деньги. Работай ради того, чтобы трудиться. Работай ради власти. Работай, чтобы чувствовать себя нужной, независимой и чертовски продуктивной. Работай, чтобы показать ублюдкам, испоганившим твою жизнь, что ты сильная. Illegitimi non carborundum[23].

– Это название позы из «Камасутры»? – Она громко вздохнула. Я усмехнулся. Она медленно опускала свои барьеры страха. Сейчас ее переполняло простое раздражение, и с этим я уже мог работать.