Мятежный

Неприкасаемая, которую уже все коснулись, – пробормотала я, опустив плечи. Это чистая правда, и холодный пот от ее осознания уже скользил по моему позвоночнику при одной только мысли о взглядах, которыми меня наградят, как только я войду вместе с Бэйном в кофейню. Мы остановились перед «Кафе Дьем». Он кинул мне обратно кошелек, и я поймала его в воздухе.

– Хм-м. Вечеринка, посвященная жалости к себе. Спасибо за приглашение, Джесси, но я сегодня занят.

– Ты придурок, – вздохнула я.

– Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю.

– Шон Коннери носил парик во всех своих фильмах про Джеймса Бонда, – сказала я.

Бэйн рассмеялся:

– Что за бред?

– Ты попросил сказать что-нибудь, чего ты не знаешь. Спорим, этого ты не знал.

Он покачал головой, его плечи теперь сотрясались от смеха, и все его тело, подобно солнцу, излучало радость. Он подозвал меня жестом руки.

– Ну же, пошли. Я куплю тебе смузи.

– Это место принадлежит тебе, – уже второй раз за последнюю минуту я закатила глаза. И снова начала говорить, как прежняя Джесси, огрызаясь, как будто завтрашний день не наступит.

Бэйн открыл стеклянную дверь кофейни и зашел внутрь, даже не проверив, следую ли я за ним. Его идиотская тактика сработала, потому что после короткой паузы я тоже сделала шаг вперед. Я не знала, что в Бэйне такого особенного, что придавало общению с ним легкость. Но я понимала, что он делает. Он пытался бросить меня обратно в жестокие объятия реального мира. Мира, который я ненавидела, но в то же время по которому так сильно скучала.

Все смотрели на нас.

И это не фигура речи. Буквально все посетители уставились на меня."

"Будто каждый житель Тодос-Сантоса только и ждал, когда я выйду из своего укрытия, чтобы они смогли увидеть, действительно ли я монстр. Набрала ли я лишние килограммы или стала жертвой анорексии. Была ли в шаге от самоубийства или же просто сошла с ума. Побрилась ли налысо, содрала ли с себя кожу и потеряла ли свои потрясающие женские черты.

Слухи бесконечно ходили вокруг меня, и люди хотели удостовериться, что хотя бы часть из них правда.

Бэйн замедлил шаг, чтобы пойти рядом. Его лицо выражало одновременно злость и скуку – комбинация, которая не позволила никому произнести и слова в нашу сторону. В мою. Было ощущение, что он буквально ждал смельчака, который бы решился что-нибудь сказать, дабы на его примере объяснить, что делать этого не стоит, но никто не заглотил наживку.