Мятежный

Я уже готовилась ударить по его тупому прекрасному лицу, когда почувствовала, как он высвободил член из-под гидрокостюма и приставил его, горячий и бархатистый, к моему входу. Бэйн обвил мои ноги вокруг своей талии и ударил кулаком по стене над моей головой.

– Черт побери, Джесси!

– Так оставь меня в покое! – прокричала я ему в лицо. – Просто позволь мне уйти.

– Никогда, – огрызнулся он, кусая мою шею. Жестко. – Никогда. – Он провел носом к моему плечу, посасывая чувствительное место на изгибе ключицы. – И ни за что.

"– Хочешь, чтобы тебя трахнули? – выплюнул он с напряженным лицом, и я задрожала от его прикосновений. – Просто помни, Снежинка, что ты, черт возьми, сама умоляла об этом.

Он обрушился на меня, каждый толчок становился все сильнее, глубже и суровее. Мое тело напоминало дремлющее гнездо светлячков, в котором разом проснулась вся стая. Я чувствовала, как мигали их огоньки, а крылья порхали, задевая каждую клеточку моей плоти.

Я была безрассудной. Я была дикой.

Я царапала его лицо, слезы стекали по моим щекам к шее, и он слизывал их, смеясь, пока вбивался в меня еще жестче, не обращая внимания на то, кем или чем я являлась, как и обещал. Он взял меня именно так, как я того желала. Без нежности и извинений. Признав меня равной себе.

– Сильнее, – насмешливо произнес он. – Я раздираю тебя изнутри. Меньшее, что ты можешь сделать, это оставить на мне свой милый маленький след. – Роман смеялся, прижимаясь к моим губам с поцелуем, который давал понять, что теперь он владеет моим телом – каждым его дюймом – и тем, что находится внутри. Каждой мыслью и биением сердца. Каждым болезненным вдохом. Абсолютно все принадлежало ему.

Я пробороздила ногтями его спину, отвечая на насилие, когда его язык вступил в схватку с моим. Жар скапливался внизу живота, его член растягивал меня и набухал внутри, дергаясь и продолжая отбивать бешеный ритм.

– Вот это мой боец. – Он усмехнулся, меняя позу, подняв меня одной рукой за задницу, а второй крутя мой сосок. Я взвизгнула, наблюдая, как он опустил свое прекрасное лицо, чтобы высосать боль, так жестко и в то же время так нежно.