Месть пумы

 – ЧЕТВЕРТЬ ТЕРРИТОРИИ КОСТА-РИКИ – ЭТО ПРИРОДООХРАННАЯ ЗОНА, – объявила обезьяна-ревун. – ЭТО СТАЛО ВОЗМОЖНЫМ В ТОМ ЧИСЛЕ БЛАГОДАРЯ ТОМУ, ЧТО В ПРАВИТЕЛЬСТВО ВХОДЯТ НЕСКОЛЬКО ОБОРОТНЕЙ, И ОНИ ДЕЛАЮТ ВСЁ ВОЗМОЖНОЕ ДЛЯ ЗАЩИТЫ ПРИРОДЫ.

Мы с Холли в панике переглянулись. Мне очень хотелось зажать уши руками, но было ясно, что делать этого нельзя – все сразу заметят. Не могу же я так обидеть хозяев! Но как тогда быть? Я же не выдержу целый реферат на такой громкости! Остальные, кажется, уже привыкли – сидели тихо, смирившись с судьбой.

– ЗДЕСЬ САМОЕ БОЛЬШОЕ В МИРЕ РАЗНООБРАЗИЕ РАСТИТЕЛЬНОГО И ЖИВОТНОГО МИРА.

Конечно, это всё прекрасно и замечательно – но как вынести эту муку?! Мои чувствительные уши этого реферата не переживут. Может, притвориться больным? Или сбежать в туалет? Нет, это не выход. Я отчаянно оглядывался в поисках решения – и увидел, что мне машет Лу.

– В ТРОПИКАХ НЕТ СМЕНЫ ВРЕМЁН ГОДА, ЕСТЬ ТОЛЬКО СЕЗОН ДОЖДЕЙ И СЕЗОН ЗАСУХИ!

Не теряя времени, я скатал шарики и поспешно засунул их в уши.

Эстелла наконец-то закончила выступление. Но, увы, это оказалось лишь начало. Следующим к доске вышел заспанный мальчик со странной зеленоватой шевелюрой. Он неторопливо, как в замедленной съёмке, выполз вперёд, оглядел нас, смущённо улыбаясь, и приступил к докладу:

– Сегодня я расскажу нашим гостям о вулканах Коста-Рики.

На самом деле это прозвучало так: «Се-е-е-его-о-о-одня-а-а-а я-а-а-а ра-а-а-асска-а-а-а-ажу-у-у-у…»

Он ещё не успел сказать и трёх фраз, а полкласса уже спали. Те, кто умудрился не заснуть, таращились перед собой, что-то рисовали в тетрадях, болтали с соседями или читали под столом комиксы.

– Ленивец? – прошептал я Холли. Она вытаращила глаза и энергично закивала.

Я тоже не смог долго слушать.