Мексиканские страсти

Должно быть, вывалились из куртки Матвея, когда он раздевался, придя в гости к Кире. Но когда подруги прибежали за машиной, выяснилось, что машины уже нет.

— Что за дела? — изумилась Кира и даже ногой поковыряла землю, где еще сегодня днем стояла серая «девятка». — Тут же она была?

— Была, — согласилась с ней Леся. — Вон и следы еще остались в траве.

— А где она теперь?

— Теперь нет.

— Сама вижу, что нет, — стоя с ключами в руках, завопила Кира. — Куда она деться-то могла, я тебя спрашиваю?

— А мне откуда знать? — изумилась Леся.

— Поздравляю! — омрачилась Кира. — Мы с тобой просто шикарные сыщицы. Проспали улику. У нас ее увели, можно сказать, прямо из-под носа.

— Может быть, ее наши менты забрали? — предположила Леся. — Химкин, например?

— Хорошо, если так, — ответила Кира. — Только сдается мне, что это сделали совсем не менты. Они про нее и не знали.

— Может быть, эвакуатор утащил?"

"— Ее утащил, а эти две не тронул? — возмутилась Кира, указывая на спокойно стоящие невдалеке и даже совсем уже на газоне две соседские машины.

— А эти поздней приехали!

— Они тут с утра стоят!

Леся исчерпала все аргументы, которыми можно было бы утихомирить гнев Киры. И растерялась. Так подруги и вернулись домой к Кире. Но на этом их испытания не кончились. Потому что, войдя в дом, они услышали телефонный звонок.

— Алло! — схватила трубку Кира.

— Где вы ходите? — раздался сердитый голос.

— Вас забудешь, — вздохнула Кира. — Как же.

— Я вот по какому вопросу звоню, — продолжил Химкин. — Вы почему нам не сказали, что убитый на машине был?

— А вы откуда об этом узнали? — невольно вырвалось у Киры.

— На дискотеке вашей побывал, — сердито ответил ей Химкин. — С людьми поговорил. Так вот, один из охранников вспомнил, что видел, как вы в машину вместе с потерпевшим садитесь. А сам он за рулем был.

— Верно, — снова вздохнула Кира.

— Так и где машина сейчас находится? — деловито осведомился у нее Химкин. — Где-нибудь возле вашего дома? На стоянке?

— Нету ее теперь, — печально произнесла Кира. — Еще утром стояла у нас под окнами, а теперь нет ее.

После этой фразы ей оставалось только молчать и слушать, ежась от ливня оскорблений. Трудно придумать те бранные слова, которые бы не вылил на ее бедную голову разгневанный Химкин.