Морской закон

На днях султан отдал приказ осудить двух русских, которые даже под пытками не признавали свою вину. Русские предлагали это недоразумение урегулировать мирным путем, но он послушал своих заокеанских друзей и ответил отказом.

А ведь совсем недавно воды Персидского залива бороздили армады боевых кораблей Советского Союза. Кроме того, после гибели Заурбека Галиперова появилась проблема с чеченскими повстанцами. Только вчера во дворец прибыл эмиссар от Ушастого, говорил о двадцати миллионах долларов, которые Сказочник держал в Буктарском национальном банке.

– Что я должен сделать? – спросил Мохамед Абу Хаджи, вопросительно глядя на провидца. Если бы тот сказал, что нужно подписать помилование арестованным русским офицерам или выплатить долг чеченцам с процентами, султан выполнил бы требование в ту же секунду. Но Звездочет сказал совсем другое.

– Ты должен покинуть Буктар, – хриплым голосом произнес старец.

– Навсегда? – с трудом сглотнув ком, подступивший к горлу, тоже захрипел султан.

– Нет, – покачал головой Звездочет, – только до тех пор, пока не минует тень Юпитера.

– А как я об этом узнаю?

– Я буду следовать с тобой и все время наблюдать за звездами. То, что должно случиться с Буктаром, произойдет в самое ближайшее время.

Такой ответ вполне устраивал Мохамеда Абу Хаджи, на французской Ривьере у него пустовала шикарная вилла, где он мог укрыться от посторонних глаз.

В двадцати километрах от султанского дворца в уютном номере гостиницы «Хилтон» находились двое людей – мужчина и женщина. Они сидели напротив друг друга при подрагивающем свете полудюжины горящих свечей и пили красное вино. Несмотря на романтичность обстановки, разговор между ними происходил самый что ни на есть деловой.

– Как я понял, наш круиз на белом пароходе после удачного гоп-стопа накрылся медным тазом? – пригубливая из своего бокала рубиновый напиток, произнес Сервант. После признания Алены, кем она является в действительности, влечение к ней у бывшего мичмана напрочь пропало, ничего, кроме подвоха, он почему-то от нее не ожидал. – «Варшава» восстановлению не подлежит, ее продают индусам на иголки.