Морской закон

Рекламный ресторанный проспект Савченко изучил еще в номере и для начала решил остановиться на обычном восточном зале, где обещали изысканную кухню народов Ближнего и Среднего Востока, а также «зажигательный танец живота».

Едва Виктор шагнул в полумрак большого зала, как перед ним возникла массивная фигура в красных атласных шароварах, опоясанных широким кушаком, и в белой длинной рубашке, поверх которой была надета расшитая золотом жилетка.

Лысый череп пузатого гиганта венчала конусообразная турецкая шапочка-феска.

Едва метрдотель отошел, как, словно черт из табакерки, перед Савченко возник официант, также разодетый на старотурецкий манер, только значительно моложе и подвижней.

Предложив посетителю папку из качественно выделанной воловьей кожи с меню, подавала замер в смиренном ожидании.

В последние годы, кроме нефти, Буктар стал зарабатывать неплохие деньги на туризме. Поэтому наименования блюд были указаны на четырех языках. Арабскими письменами, на английском, немецком и русском, так что проблем у Виктора не возникло. Ткнув пальцем в «большой шашлык с овощным гарниром», «куриную запеканку» и «рыбный люля-кебаб», напоследок заказал триста граммов «Столичной» (исключительно для аппетита). Официант со скоростью опытной стенографистки все записал и, широко улыбнувшись, исчез.

"В ожидании заказа Виктор стал с интересом рассматривать зал. Просторное помещение с полусотней столиков было занято едва ли на треть. В основной своей массе это были пожилые туристы из Европы, с жадностью крокодилов «пожирающие» восточную экзотику. В созерцании подобной публики не было ничего интересного, поэтому все внимание Савченко переключил на сидящую через два столика от него пару.

Высокий мужчина средних лет с небрежно зачесанными набок волосами, глубоко посаженными глазами, римским, с горбинкой носом и мощной, как у питбуля, нижней челюстью развалился в небрежной позе, по-хозяйски откинувшись на спинку стула.

Его спутница – великолепная блондинка с пышной копной вьющихся волос, кукольным личиком, чувственными пухлыми губами и огромными голубыми глазами, совершенно пустыми, без малейшего намека на присутствие интеллекта.

«Станок для снятия сексуального напряжения», – мысленно дал ей оценку Виктор.