Мэйфейрские ведьмы

Но я не сомневаюсь, что это миссия добра, так же как не сомневаюсь в доброте, заложенной в основу твоей натуры.

Роуан со вздохом выскользнула из его объятий, с нежностью поцеловала его пальцы и отошла на середину зала. Она остановилась под широкой аркой, разделявшей пространство на две части, и принялась рассматривать резные детали лепнины на потолке и саму арку, изящно спускавшуюся к карнизам, расположенным по обе ее стороны.

Такая перемена в ее настроении больно ранила Майкла, хотя внешне он по-прежнему оставался совершенно спокойным.

— Наплевать! — наконец прошептала она, словно разговаривая сама с собой.

Луч солнца, проникший в зал сквозь грязную сетку и пыльные стекла окна, упал на покрытый желтым воском пол. Вокруг Роуан закружились пылинки.

— Все это пустая болтовня… — продолжала она. — Следующий шаг за ними. Ты сделал все, что мог. Я тоже. И вот мы здесь. Теперь пусть приходят…

— Да.

Роуан обернулась и молча поманила Майкла к себе. Лицо ее было печальным и умоляющим. Буквально на доли секунды Майкла охватил необъяснимый страх, явственное ощущение угрозы. Он любил Роуан и бесконечно дорожил этой любовью, и все же… И все же он боялся…

— Так что же нам делать, Майкл? — спросила она, и неожиданно лицо ее осветила чудесная, нежная улыбка.

— Не знаю, радость моя. — Он коротко рассмеялся, пожав плечами.

— Ты не догадываешься, о чем я хочу тебя сейчас попросить?

— Нет. Но я готов выполнить любую твою просьбу."

"— Расскажи мне об этом доме, — попросила Роуан, беря его за руку и глядя прямо в глаза. — Расскажи все, что тебе известно о подобных особняках, и скажи, действительно ли его можно спасти.

— Солнышко, да он только этого и ждет! Он еще так же прочен и крепок, как любой замок в Монклеве или Доннелейте.

— А ты можешь спасти его? Не собственными руками и не один, конечно…

— Я с удовольствием сделаю это собственными руками.