Мария, королева Нисландии

Точно так же, как обращались к капитану небольшой группы охраны, которая сопровождала королевскую карету. Казалось, местные жители не делают различий между своим королем и лордом, служащим в охране этого самого короля. Друг друга они называли уважительно «сар». Как пояснил Мартин, это слово обозначало «почтенный». Но самым замечательным, с точки зрения Марии, было то, что с этим же словом «сар» к своим подданным обращался Мартин.

— Скажи, а как называют женщин?

— Так же — сара, — с легким недоумением пожал плечами Мартин.

— А почему ты обращаешься к Вите просто по имени? — для Марии это и в самом деле было важно."

"— Потому что она твоя служанка. Точно так же я обращаюсь и к тетке Берготте, и к Гульде. Слово «сар» или «сара» используют только тогда, когда говорят с теми, кто не входит в семью.

Немного подумав, Мария решила уточнить:

— То есть Вита входит в семью?

— Ну да, входит. С того дня, как ты взяла ее в служанки, она попала под покровительство дома. Теперь ты отвечаешь за ее судьбу, — вполне серьезно ответил муж.

— Это хорошо, — задумчиво кивнула Мария и уточнила: — Она иногда говорит мне: ваше величество… Как думаешь, это стоит изменить?

— Это тебе самой решать. Жителям материка такие отношения кажутся странными, я их понимаю. Но если ты захочешь, к тебе и дальше будут обращаться с титулом. Просто у нас так не принято.

От этого небольшого, но важного разговора на душе у Марии стало еще чуточку теплее.

Город был достаточно велик, но практически не имел многоэтажных строений.

Ни один из домов даже близко не напоминал дворец или замок. Все они были практичны и удобны. И от дома, где жил король Нисландии, отличались лишь чуть более скромными размерами. Ближе ко «дворцу» стояли дома знати. Мария поняла, что здесь до сих пор предпочитают жить большими семьями. То есть, женившись, сын не строит себе новый дом, а приводит жену в родительский. Благо, что из-за длины этих самых домов молодые и родительская семья встречались только в трапезной.

Пока Мартин объяснял ей, кто из лордов, где и как живет, у Марии назрел вопрос, который, поколебавшись, она все же задала мужу:

— А где твои родители?

— Мать умерла очень давно. Я ее слабо помню: мне было всего четыре года. А у отца воспалилась старая рана, и пять лет назад душа его ушла к Господу…

— Прости… тебе, наверное, тяжело это вспоминать…

Мартин промолчал и отвлек ее тем, что сообщил:

— Смотри, вот здесь — лучшая мастерская в городе.