Мария, королева Нисландии

И не в условно европейское государство, где я хоть примерно понимаю, как и к чему нужно относиться, а к каким-то дикарям…»."

"Королева покинула Бирюзовую столовую, и Мария, отправляясь в свои апартаменты, размышляла по пути: «мне кажется, или книжные попаданки устраивались в жизни как-то легче и удобнее? Не слишком ли много всего пытаются навалить на меня? Хотя… в любом случае, пока я не могу изменить совсем ничего. Так что первая моя цель — не просто местная география, а все знания, которые найдутся об этих самых нисландцах.

Если принц говорил про меха, то получается, что это какая-то северная страна? И если у них там нет древесины, то как они выживают? Сидят в холодных пещерах или что?..».

Глава 10

С первого дня недели у принцесс начались уроки. После молитвы и завтрака приходили преподаватели. На стол ставились массивные песочные часы с тяжелым бронзовым основанием, и тонюсенькая струйка песка отмечала время, которое отведено на урок.

Поскольку Мария пропустила по болезни часть занятий, то и спрос с нее пока был невелик.

А вот от Лютеции учительница потребовала вызубренное наизусть стихотворение поэта Леона Нуара и письменный разбор самого поэтического текста. Запинаясь и мекая, тоскливо глядя в потолок и дожидаясь подсказки учительницы, Лютеция с трудом выдавила три катрена:

— Правда ли, с уходом сентября

Загорчит туманами заря;

Обрядится красным златом лес,

Оттеняя синих вод урез?

Подскажете мне, какой из дат

Журавли, предвосхищая хлад,

Проплывут тенями по стерне,

Плача о родимой стороне?

Впрочем, нет: ни слова, ни слезы.

Ларь из янтаря и бирюзы

Сам раскроет, спрятанное в нём.

Осень. Час за часом, день за днём[1]

Читала она с тоской, явно показывая, как ей досаждают такие глупости. Лист же в ее тетради оказалась девственно чист и никаких мыслей о сути текста не содержал. Принцесса недовольно посмотрела на учительницу и заявила:

— Мадам Лантур, неужели вы считаете, что будущей королеве пристало заниматься такими глупостями?

Мадам Лантур, сухощавая седая дама, обучавшая принцесс чтению и письму, только вздохнула в ответ и обратилась к Марии:

— Ваше высочество, вы не присутствовали на предыдущих занятиях, но, безусловно, слышали их.

Нет ли у вас каких-нибудь мыслей по поводу данного стихотворения?

Отвечать было страшно, но все же стихи были относительно нейтральной темой, где сложно выдать свое попаданство, и Мария, собравшись с духом, тихо ответила:

— Я думаю, мадам Лантур, что в этом тексте осень — иносказание.