Лютый

понимаю, что логика — наука совершенно чуждая для вашего звериного рода, но мозги-то у вас есть? — язвительно сверкнув глазами я добавила, стараясь сделать это как можно обиднее, — Хотя бы в зачаточном состоянии? Или от инфузории туфельки вы отличаетесь только размерами?

Лютый хохотнул, приподнимаясь на локте и совершенно не скрывая своей торчащей наготы:

— …Какой туфельки? А почему тогда не ботинка?…

Проигнорировав его усмешку и полыхающие глаза, я демонстративно принялась натягивать на себя одежду, начиная с нижнего белья, говоря при этом холодно и четко:

— Я не буду пытаться строить догадки относительно того, каким образом яд Кадьяков мог попасть в дом Полярных.

Надевая на себя кружевные трусики, я поднялась с кровати, согнувшись, и намеренно встав в пол оборота, чтобы Лютому не жилось спокойно в ближайшее время, судя по тому, как снова вспыхнул его взгляд, впиваясь в мои ягодицы, а мышцы груди и пресса снова напряглись и заходили буграми под гладкой, горячей кожей Бера.

— Надеюсь, я правильно поняла и услышала, что яд был в выпитом мной кофе? И именно это подтвердил Север, когда попробовал его остатки?…

Не обращая внимания на взгляд Лютого, в котором сейчас полыхала ярость от моих слов, и безудержная страсть, которая делала его взгляд ярче обычного, я закончила с трусиками, буквально продефилировав пару шагов до другой стороны кровати. где был горнолыжный костюм, носки, термобелье и спортивный топик, за которым я и потянулась, сгибаясь как можно ниже:

— Странное депо, что именно это кофе мне принесла твоя разлюбезная Луна.

Практически сразу после того, как пыталась придушить меня. Очень любезно было с ее стороны, не находишь, Дорогой2…

Одев топик, я обернулась к Лютому, который продолжал лежать на ледяном полу, рассматривая меня и выглядя при этом не слишком-то расслабленно, улыбнувшись ему язвительно, но при этом подчеркнуто ванильно-сладко:

— Какая милая девушка, да? Жаль только, что ее искренняя забота закончилась для меня так плачевно! Вот только знаешь, мой дорогой муж, — я снова наклонилась, чтобы в этот раз достать свое термобелье, — почему-то мне кажется, что она рассчитывала на совершенно иной исход моего фееричного кофепития.

Лютый ничего не ответил, подавшись вперед и усаживаясь на свой упругий обнаженный зад, сверля меня глазами, в которых переплеталось явное недовольство и…желание.