Лютый

Я бы лишь отмахнулась рукой, сказав тащить уже этот чай мне.

Можно подумать, что за свою жизнь я не пила ничего противного, пока лечилась, например!

Не пять лет, в конце — концов, выпью все, как полагается, лишь бы только вернуть свою чувствительность и способность двигаться, потому что, кажется, этого очень ждала не я одна.

Должно быть, Лютый приподнял меня, чтобы я не захлебнулась, чаем, выдохнув:

— Пей осторожно…

И если в первую секунду меня пронзила паника, ведь я не понимала, работает ли во мне хоть что-нибудь, чтобы я могла глотать, то во вторую я была готова продать душу бешенной полярной белочке, чтобы во мне не работало больше ничего, потому что то, что попало на мой язык было просто чудовищным!

Это был не чаёчек, а орудие массового поражения!!!

Сибирская язва и чума в одном флаконе, приправленные красным перцем!

Тут же в голове вспыли слова Севера: «Каким бы не был чай на вкус, просто помни, что он поможет» Север определенно знал, о чем говорил! Вот только это мне не помогало совершенно.

Я орала и вопила, словно сумасшедшая, не издавая при этом ни звука.

Я изворачивалась и отбивалась всеми силами, не дрогнув даже кончиками ресниц.

Господи, я вспоминал все матершиные слова, которые только знала, провизжав их по кругу раз десять как минимум, и это при том, что в моем доме никто не позволял себе произнести даже слово «хрен» или «блин» считая это неприемлемым или же воспринимая исключительно в контексте продуктов питания.

В моей высокообразованной и подчеркнуто интеллигентной семье никто никогда не опускался до ругани, и родителей хватил бы сердечный приступ, если бы они слышали сейчас, какие словечки проносились раз за разом в моей голове, когда даже внутренний голос охрип кричать и визжать.

Думаю, после этого у моей мамы случился бы второй сердечный приступ после того, как она узнала бы, что я была в метро.

Как я там оказалась? Очень просто — ночевала у моей Ланы и утром мы опаздывали на учебу.

Алекс не знал тоже….иначе пришлось бы слушать двухчасовую тираду и нотации о вреде таких поездок.

А сейчас, воя про себя и плеваясь, я думала, какой была бы моя поездка в метро из разряда «незабываааааамые очучения», если рядом был бы Лютый.