Лютый

— Иногда просто ненавижу вашу способность чуять эмоции!

— Всегда ненавидишь, когда хочешь закрыться, — прошелестел его голос и руки обвились вокруг меня сильнее и явно навязчивее, — ревность здесь лишняя, Золотника. Луна не заслуживает этого отношения к себе…

— Ты это сейчас серьезно?! Она чуть не придушила меня!

Я дернулась в руках Лютого, пытаясь вырваться, но понимая, что вряд ли у меня что-то получится.

— Поверь мне, если бы хотела придушить — то ты была бы уже мертва. Луна — не человек и тебе сложно понять и представить ее силу.

Я застыла в руках Лютого, не пытаясь вырваться лишь потому, что буквально оглохла от шока.

ОНА ТОЖЕ БЕР?!

Девушка?!!!!! Чистокровный Бер?!!

Все те плоскости нового мира, в котором существуют полулюди-полумишки, которые я строила для себя последние недели, выкладывая кирпичик за кирпичиком, просто стали разъезжаться в разные стороны, отчего мой мозг трещал и расходился по швам.

— Она тоже медведь?! — просипела я, буквально повиснув в руках Лютого, который чуть улыбнулся, покачав головой.

— Женщины не несут в себе всей силы истинной крови, даже если рождены медведицей. У них нет клыков, и нет способности обращаться в зверя. Но они сильнее людей и чувствуют почти так же остро, как и мы, хотя внешне больше похожи на людей, нежели на Беров.

Я быстро моргала, пытаясь судорожно освободить в своих мозгах новую шаткую полочку под новую информацию, от которой пока была в полном ауте, позабыв про неласковое приветствие девушки и то, что еще пару минут назад едва могла дышать."

"— ….Но ведь Мия рассказывала мне, что Беры не спасают девочек при рождении…

— не спасают, — кивнул лютый, оохватывая меня своими длинными оольшими руками и разворачиваясь, чтобы прижать к своему напряженному прессу и бедрам, — так было положено веками.

-..сначала Бурые, а за ними Гризли… — прошептала я, на что Лютый кивнул:

— Лишь только Кадьяки и Полярные оставались верными вековым устоям….пока отец не решил проиграть в Супермена.

— Разве это плохо? — нахмурилась я, разделяя в душе слезы Мии, которые она вытирала, не в силах сдержаться, когда рассказывала об этой ужасной традиции рождения Берсерков.

— Да. Это опасно. С ними мы становимся уязвимы.