Локки 2. Потомок бога

Пришлось ещё активнее уклоняться и блокировать их жёсткие, хорошо поставленные удары. Я использовал плечи, предплечья и локти, из-за чего те наливались болью.

В какой-то миг мне удалось сломать руку противника, когда он промахнулся и его конечность по самый локоть очутилась между прутьями решётки. Треск вышедших из предплечья окровавленных костей, пронзивших кожу, вызвал у меня улыбку.

— Ни хер-ра себе! — выдохнул картавый алкаш, моргая мутными зенками. — Как ветку сломал! Пр-рофессионально.

— Благодарю за комплимент, — мимолетом бросил я пьянице.

В это же время хозяин руки рефлекторно отскочил от решётки и начал орать, выпученными глазами глядя на пострадавшую конечность. Рубиновые капли окропляли пол, а охваченный шоком человек пытался вставить кости обратно.

— Да ничего у тебя не получится! — бросила ему проститутка.

— Сука! — выдохнул один из дворян и нервно посмотрел на второго. Только они вдвоем пока остались невредимыми.

— Не ссы! — бросил ему тот и тряхнул рукой, готовясь использовать атрибут.

Маг? И наверняка он единственный из пятёрки, кто владеет магией. А ещё, кажется, его предупредили, чтобы атрибутами он пользовался лишь в крайнем случае. И такой момент настал.

Я резко подался вперёд и под одобрительные крики простолюдинов головой ударил его в кадык. Там что-то хрустнуло, и он захрипел, выпучив глаза. Какая уж тут магия…

Маг схватился за горло, попятился и упал через своего коллегу, валявшегося на полу.

Я подскочил к магу и отправил поспать ударом ноги в висок.

— Сзади! — завопил алкаш.

Однако я и так видел последнего дворянина, еще не вышедшего из игры. Он попытался напасть на меня со спины. Но я вовремя развернулся и встретил его коронным ударом в колено. А потом уже прописал ему успокоительное в виде нескольких ударов ногой.

Он грохнулся на спину, но не вырубился. И это был как раз тот человек, который в самом начале назвал меня сопляком.

— Сказал же тебе беречь зубы, — усмехнулся я и отправил пятку на сближение с его мордой, перекошенной гримасой гнева.

От удара затылок смертного смачно впечатался в пол, а один из двух передних зубов вышел из десны. Я ухватил его пальцами и рывком выдернул.

— Жестоко, но спр-раведливо, — оценил картавый пьяница.

Дворянин заорал благим матом, зажав окровавленный рот ладонью. И его крикам вторили вопли того, чья рука была сломана.

— Да чего вы придуряетесь? Не так уж это и больно, — усмехнулся я и уселся на лавку.