Личная красавица босса. Свадьбы не будет!

То есть как это: «Не мешай»? Не будет слезной мольбы о помощи? Или манипуляций? Никаких женских уловок? И мы даже обойдемся без коронного: «Левушка, купи мне место у Валевского?».

Какая же она все-таки… ненормальная.

Главное, мне сейчас не улыбаться, как полудурок. Серьезный разговор, а я реагирую неадекватно. Рот все же расплывается в счастливой, восхищенной ухмылке, а уголки губ непослушно подтягиваются вверх.

– И не дави со свадьбой. Не готова я, не спеши, – неловко ведет плечами. – Мне учиться надо.

– Я так понимаю, с институтом от меня требуется то же, что и с Домом моды? Не отсвечивать? – смеюсь, наблюдая, как проясняется ее лицо.

– Я сама, – повторяет с улыбкой и кивает.

– Как-то я слишком легко отделался, – упираюсь бедрами в капот мазерати, прячу руки в карманы, чтобы не распускать их. А это нелегко. Особенно, когда Алена такая вдохновленная, самостоятельная и дерзкая. Целовать бы ее сейчас, ласкать, а не ультиматумы выслушивать. Но я сам нарвался.

– На самом деле, есть еще кое-что, – открыто и смело рассматривает меня, словно сканирует.

Вашу ж мать, я шестым чувством, пятой точкой и всем остальным набором «предсказателей» – чую, что пожалею о своей следующей фразе:

– Говори, я ведь пообещал.

Чертики пробуждаются, разжигают костер – и скачут через него, как на Ивана Купала.

– Когда-нибудь я создам свою коллекцию и смогу организовать большой показ. Не в качестве группы поддержки Валевского, а сама. Как настоящий модельер, – мечтательно лепечет, и я душу продать готов за то, чтобы ее желание исполнилось.

Рапунцель невероятно красивая, когда вдохновлена. Совсем другая. Полюбила бы она меня так, как любит свое дело, тогда бы я стал по-настоящему счастливым.

– Тоже не мешать? – расслабленно усмехаюсь. Беспроблемная и экономная невеста мне попалась, но… Оказывается, я рано радуюсь.

– Поучаствовать, – попискивает, как мышонок перед огромным, голодным котярой. – Я хочу, чтобы ты вышел на закрытие показа в том, что я для тебя создам.

Лепечет с таким рваным придыханием, будто предлагает мне что-то очень интимное.