Любовь, ферма и коза в придачу

И вот глядя на эту противную крыску Сабину, что небрежно развалилась своими рюшами, бантами и блестками на моей мебели, диванчик мне было очень жаль.

— Я слышала, что Эдгар живет у тебя. Это правда?

Наконец-то соизволила перейти к сути дела графинюшка.

— Слышала? Разве вы не обсуждали все это на семейном совете, бабуля? — уколола я заклятую подружку.

Крысиный носик Сабины сморщился от этого «бабуля» и она не осталась без ответа.

— Мы не обсуждаем с графом потаскух его сына — сообщила эта стерва — Но я хочу тебя предупредить — не смей претендовать на Эдгара.

Глазки графини обожгли холодной, жгучей ненавистью, как и в прошлый раз. Эко ее зациклило на этом кобеле! Но вот адресом своих претензий она ошиблась.

— Это тебе нужно говорить не мне, а собственному мужу — спокойно сообщила я гадюке — Именно он отправил Эдгара жить на мою ферму. И вписал условие в договор.

— Да ты бредишь — взвилась Сабина, подскакивая с места и захлебываясь возмущением(и куда только деланное спокойствие делось) — Зачем Эдвину так поступать?!!!!!

Несколько минут я внимательно смотрела на красную от негодования девицу, а потом произнесла:

— Так ты ничего не знаешь!!

— Что?! — почти зарычала она — Что я не знаю?!

Я усмехнулась.

— Я родила магического наследника, Сабина. — не скрывая собственного триумфа сообщила графинюшке — Мой сын — маг.

— К-как маг? — вмиг и так выбеленное лицо крыски стало мертвенно-бледным. Ее маленькие, злобные глазки расширились и по размерам стали почти нормальные, а сама интриганка осела на диван, потеряв разом все силы и схватившись тонкой рукой за сердце.

— Эй! Тебе плохо? — только трупа госпожи Брачинской мне здесь не хватало.

Заходите дорогие посетители! Вот у нас сыр, а здесь молочко, тут йогурт, мороженное и труп графини. Можете его отодвинуть, если он вам мешает присесть, она возражать уже не будет!

Я бросилась к стойке и плеснула из кувшина воду в чашку, что привезла для себя. Кинувшись к сомлевшей Сабине начала ее тормошить.

— Сабина, эй! Выпей воды! Что ж вы слабенькие все такие, аристократы — в сердцах сообщила змее.