Любовь дракона. Осколки прошлого

В общем Канария Мелиен был крайне ценным сотрудником в нашем госпитале.

– Хорошо. Я все просмотрю, проверю и подпишу. Можешь быть спокойна. Не уйду, пока не закончу.

Девушка кивнула и уже было направилась к двери, чтобы заняться другими важными делами, как остановилась и посмотрела на меня.

– Тория, позволите кое-что сказать не на рабочую тему?

Я удивленно приподняла одну бровь. Канария редко позволяла себе говорить на что-то иное, нежели работа.

– Да, конечно. Что такое?

– Вам стоит приглядеться к нему.

– К кому? – Я не сразу поняла, о чем она говорит.

– К дракону. Поверьте, он не испугается трудностей. Ему можно верить.

По всему телу забегали мурашки. Глаза Канарии загадочно светились. Что это, если не предсказание? Я постаралась сделать вид, что не напугана словами подчиненной. Но мы обе понимали, что это не так. Канария ко всему прочему обладала даром эмпатии. Она прекрасно ощущала мои эмоции.

– Простите, если напугала. Но предупрежден, значит вооружен. Вам ли этого не знать.

Дверь закрылась с тихим щелчком, оставляя меня наедине с отчетами и… тревожными мыслями. Что пыталась мне сказать Канария? Постепенно цифра за цифрой, термин за термином беспокойство оставило меня. Тишину кабинета нарушала лишь периодически поскрипывающий стержень ручки.

Когда я читала очередную медицинскую карту пациента, на столе завибрировал битрифон. Не глядя на адресата, подняла трубку.

– Слушаю вас.

– Скажи мне, что ты уже освободилась.

– Почти освободилась. Как твой выходной?

Видимо подруга все же уловила нотки сомнения в моем голосе.

– Ну да. Кто ж мне скажет правду. Мой выходной горазда лучше твоего."

"– Почему ты до сих пор там? – За окном постепенно смеркалось, а значит Рия пробыла там весь день.

Хотя я могла ее понять. Атмосфера, царящая на гонках, заряжала адреналином. Каждый, находящийся там, становился другом, с которым можно было найти интересную тему для разговоров: начиная от победителей прошлого сезона, заканчивая моделью движка. Там царил дух свободы, веселья и вседозволенности. Стражи правопорядка редко вмешивались в вечеринки крайсеров (участники гонок – прим. авт.). Исключением могла послужить наводка по наркотикам.