Любимая проблема Академии Драконов

Наконец наша команда завершила выступление – на миг все шесть всадников взлетели в воздух почти вертикально. Так высоко, что скрылись из виду, загороженные от наших взглядов огромной платформой Туманного Предела.

Но когда они стали заходить на посадку, драконов оказалось уже не шесть, а... в два раза больше!

- Итак, завершив свое выступление, на арену опускается Академия Эльрена, – тем временем говорил комментатор. – Но погодите, кто это у нас?! Что тут происхо... Кто вас сюда впустил?! Что вы де…

Не договорил. Раздался звук магического заклинания, после чего громкий стук – словно кто-то упал вместе со стулом, – и тотчас же по стадиону разнесся ясный и звонкий женский голос.

Я догадывалась, кому он принадлежал. Уверена, это была Люсиль Мендес, только что захватившая комментаторскую будку!

Была ли она там одна или ей кто-то помогал – со своего места мне было не рассмотреть. К тому же многие на трибунах подскочили на ноги, загораживая обзор.

Зато я заметила, как спешат к будке маги – кажется, среди них был и Натан Робертс, но я не могла утверждать этого наверняка.

Судя по всему, будка вещания находилась в защищенной зоне под королевской ложей, и прямиком через портал внутрь попасть было невозможно. Поэтому Люсиль Мендес успела сказать то, что собирались.

- Итак, на арену приземляется команда Академии Эльрена, в которую заодно входит звено Эйлин МакГилл в том самом составе, в котором оно существовало двадцать лет назад. Потому что принцесса Эйлин и королева Туманного Предела жива и здорова. Она верну…

Тут ее речь оборвали – подозреваю, в будку прорвались маги.

- Эйви, началось! – воскликнула Риз, протягивая руку…

Меня показалось, что она призывала свою драконицу, прилетевшую к ней вчера вечером. Ну да, когда они гуляли с Эйданом по Эльрену, Эрин решилась пойти на первый контакт.

Вот и я тоже позвала Лойрин, хотя понимала, что той будет сложно прорваться сквозь царившую на стадионе и над ним неразбериху.

Тут раздался усиленный магией голос лорда Оммерса. Он приказывал немедленно остановить мятежников, а всех, кто станет оказывать сопротивление, – убить без какой-либо жалости!

В этот самый момент я решилась.