Любимая проблема Академии Драконов

Задумалась, как бы половчее его обогнать, потому что такое вряд ли ему понравится, но полоса препятствий внезапно подошла к концу, и мы с ним финишировали почти одновременно.

Он лишь на пару метров впереди меня.

И все это под оглушительный шум толпы, потому что, стоило мне пересечь финишную черту, как ко мне снова вернулся слух. А еще я влетела в объятия магистра Крашша – в суровые отцовские объятия! Он сжал меня в своих медвежьих лапах, а затем, отпустив, одобрительно похлопал по спине.

Да так, что я едва не грохнулась на землю носом вперед.

- Быстрее чемпиона из Дорсии на пятьдесят семь секунды! - довольный, рявкнул он мне в ухо, пытаясь пересилить шум трибун. – Вот что я тебе скажу, Эйвери Таккер! На этот раз ты превзошла саму себя!

Наконец я перевела дыхание, а затем мы еще немного посмотрели – например, как Эрик Нойман финишировал на одну минуту и двенадцать секунд позднее моего времени.

Выругался, уставившись на табло с результатами, которые вписывали иллюзорными буквами следившие за состязаниями распорядители.

А я осталась с магистром Крашшем.

Дожидались финиша своих ребят, а заодно и Видара, у которого был десятый стартовый номер. Он пробежал лучше Эрика, да и в целом лучше многих, но меня все-таки не догнал.

Подошел, обнял на глазах у всех – у всего стадиона, - на что мы заслужили оглушительные аплодисменты, потому что я не стала сопротивляться. Прильнула к его груди, решив, что подумаю обо всем позже.

- Какая же ты молодец! – восхищенно заявил Видар. - Думаю, твой рекорд уже никому не побить!

- Зато ты победишь всех в поединках? – спросила у него, потому что этим утром слышала, как в столовой переговаривались преподаватели, обсуждая наши шансы.

Многие прочили мне если не победу, то как минимум призовое место на первом состязании, тогда как Видара ставили чемпионом в нескольких дисциплинах на поединках.

- Постараюсь, - отозвался он. - Сделаю все, что в моих силах!

- Эйвери Таккер! – услышала я за своей спиной ехидный голос магистра Дальмайера.

Письменный экзамен по Теории Мироздания начинался через полтора часа, а за ним сразу же стартовал математический.